ВИКТОР ДАВЫДОВ: Это странное «дело Бейлиса» в Екатеринбурге

В Екатеринбурге судят преподавателя еврейской гимназии «Ор Авнер» Семена Тыкмана. Судят по статье 282 УК «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства», по которой ему грозит до четырех лет колонии. Ничего сенсационного в этом вроде бы нет. Суд по статье 282 уже давно не сенсация. Каждую неделю судьи обязательно находят парочку «экстремистов», которых штрафуют или отправляют в лагеря за публичные выступления, посты в соцсетях и карикатуры. Как в 1930-е годы народ массово пошел в «троцкисты», так и сейчас ширится «экстремистское движение» на всем пространстве от Калининграда до Владивостока. Наверное, какое-то новое веление моды, которому все возрасты покорны.

Однако екатеринбургский процесс все же уникален во многом. Во-первых, впервые судят учителя за разговоры с учениками. Очень четкое послание от тех-сами-знаете-кто каждому учителю: «Не болтай!» И детей на всякий случай предупреди:

— … А не то придет серенький волчок и укусит за бочок. Ну в общем, дети, теперь вы знаете про ФСБ.

И во-вторых, впервые после погромов подпольных ульпанов и религиозных школ в СССР судят хасида и преподавателя еврейской школы. Ау, еврейские ассоциации и главные раввины всея Руси: у вас есть по этому поводу что-нибудь сказать?

Но самым странным является как раз та тишина, в которой проходит процесс, видимый на радаре разве что местных свердловских СМИ – и конечно, антисемитских блогов, которые уже улюлюкают: «Жид призывал убивать» (цитата).

Отчасти эту иллюзию спокойствия создает обвинение, очень скромное на комментарии, отчасти сама защита, которая тоже придерживается линии No comment. Видимо, работает тот особый еврейский ген, который шепчет на ухо: «Тише, тише, вдруг пронесет.» Это во времена Иосифа Флавия темные иудеи сразу хватались за ножи, стоило только появиться угрозе, а поезд с венгерскими евреями, в котором семья Эли Визеля ждала отправки в Освенцим, несколько дней простоял в чистом поле без охраны – и ни один не ушел. Все знали, что оттуда, куда их везут, еще никто не возвращался, и все же «тихий ген» шептал: «Вдруг пронесет».

Поэтому о сути процесса можно составить только приблизительное мнение. О самом Семене Тыкмане известно, что он окончил Каменецк–Подольское военное инженерное училище и работал по специальности – инженером по эксплуатации машин инженерного вооружения, участвовал в ликвидации последствий аварии в Чернобыле. Прошел педагогическую подготовку на курсах повышения квалификации по программе «Традиции еврейского народа» сети школ «Ор Авнер» в Польше и несколько лет преподает в еврейской гимназии в Екатеринбурге (сейчас он уже, конечно, оттуда уволен).

Там неприятности Тыкмана начались с неприятностей самой гимназии. В нее зачастили все инспекции подряд, и каждая обязательно находила какие-то нарушения – от пожарных до санитарных – в результате чего гимназия получила целых семь административных судебных дел. На этом первый акт спектакля закончился, а во втором на сцене уже появились «вежливые люди» из ФСБ и прокуратуры, которые устроили налет на гимназию и конфисковали для проверки на «экстремизм» учебную литературу. Это проскочило в прессу, но одновременно на сцену выскочил и президент Еврейской национально–культурной автономии Свердловской области Михаил Оштрах, который взялся успокаивать публику. Оштрах заявил, что сотрудники прокуратуры не интересовались еврейскими священными писаниями, «а изъяли примерно 50 наименований учебных пособий» – по его мнению, это вполне нормально.

В третьем акте появляются родители четырех учеников, которые пишут доносы в прокуратуру, сигнализируя якобы о «резком уклоне в образовательном процессе в сторону радикально–религиозного компонента» и требуя проверить на «экстремизм» лично самого Тыкмана.

Прокуратура, конечно же, проверила, и , конечно же, нашла (а то нет). В чем заключается криминал, толком все равно не понятно, да и сам обвинитель говорит об этом как-то уклончиво.

«Мы ерундой какой-то занимаемся. Вы бы признавали вину, да и дело с концом», — прямо посоветовал Тыкману зампрокурора Кировского района города Михаил Осокин.

В разных источниках говорится, что Тыкман, якобы, употреблял «уничижительные характеристики в отношении лиц, не являющихся так называемыми галахическими евреями». Он призывал «убивать немцев», грозился небесными карами девочкам в случае, если они выйдут замуж за не-евреев. Наконец, он беседовал с шестиклассниками о вещах, которые обсуждать с ними совершенно неприлично, например, рассказывал о том, как «употреблять водку с медом на шаббат в еврейский новый год».

Дальше пошло еще интереснее. Кроме «водки с медом» Тыкман, якобы, обсуждал с учениками еще и особенности еврейских правил половой жизни и признавался , что лично плюется в сторону православной церкви, когда проходит мимо.

И тут от незримого присутствующего в каждом российском суде тени великого режиссера Станиславского уже слышится громкое «Не верю!». Никто еще не видел еврея, плюющегося в сторону мечетей или церквей (у израильских бы просто слюны не хватило). И в принципе не существует еврейской традиции «употреблять водку с медом» — ни на шаббат, ни на новый год. Это стоит всего лишь на несколько миллиметров от мифа о «маце с кровью христианских младенцев», за которую судили Бейлиса.

А самое главное, как резонно отмечает местный портал Ura.ru, совершенно непонятно, какое отношение все это имеет к уголовному делу.

Можно сыграть в «адвоката дьявола» и представить, что Тыкман – некий еврейский радикал в стиле Меира Кахане, и действительно, пытался воспитывать учеников в духе еврейской национальной исключительности. Это нехорошо, такого человека следует публично осудить и отстранить от преподавания – но где криминал?

И в каком контексте Тыкман говорил о том, что надо «убивать немцев»? Каких немцев? Фашистов или вообще? А даже если и вообще – то где призывы к конкретным актам насилия? Это не нацики, которые прямо в Ютюбе отпиливают голову таджику и советуют всем делать это. Охотиться за немцами в городе Екатеринбурге будет как-то сложновато. Или это было просто обсуждением известной статьи-прокламации Ильи Эренбурга «Убей немца!», за которую гражданин Эренбург почем-то не привлечен к уголовной ответственности до сих пор?

И очень настораживает, что все обвинения против Тыкмана строятся на показаниях 12-летних детей. Даже не самих детей – а психолога Елены Никитиной, которая присутствовала на их допросах и клятвенно заверяет в процессе, что дети именно все так дословно и говорили. Сразу вспоминается скандальное «дело о кошке», вернее, о «растлении» собственной дочери, имевшем место пару лет назад. В итоге папа девочки отправился в Гулаг на шесть лет исключительно на основании показаний психолога, убедившей суд, что если девочка нарисовала кошку с хвостом, то она точно была объектом сексуальных домогательств. (И снова от Станиславского: «Не верю!»).

Однако самое неприятное в этом процессе именно его «тихий» и невидимый характер. Молчат новостные агентства, молчат и соцсети. Уже заметно, что общество «притерпелось» к идиотским делам об «экстремизме», и временами даже склонно брать презумпцию виновности. «А какой смысл фабриковать дело против учителя синагоги?», — спросил меня вполне приличный человек и оппозиционер, а также пусть светский, но все же еврей. Не знаю. Какой был смысл для Кремля устраивать на пустом месте крупнейший военно-политический кризис со времен Второй мировой войны и заодно и безвыходный экономический кризис? И все же они сделали это.

Кажется, мы уже совсем близко подошли к грани, за которой — «органы зря не сажают».   Далее следует «расстрелять, как бешеных собак» — убивайте нас, мы готовы.

Наблюдая все это, хочется уже не ставить лайк, а кричать «Да сделайте хоть что-нибудь!». Не надо выходить на пикеты и писать петиции, просто сделайте перепост – пусть об этом странном процессе узнают люди. Если пришли за евреями, то уже все – завтра могут прийдти за каждым из нас.  Хотя бы перепост — но что-нибудь надо сделать.

Семен Тыкман
Семен Тыкман

Поделиться в соцсетях

Осужденный по делу «приморских партизан» отправлен в колонию для алкоголиков

partizany-1
«Приморские партизаны» в суде

Осужденный к 24 годам лишения свободы по делу «приморских партизан» Роман Савченко доставлен для отбытия наказания в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН по Алтайскому краю. Об этом сообщается на странице сообщества «Приморские партизаны».

ЛИУ-1 — лечебное исправительное учреждение, где содержатся осужденные, больные алкоголизмом и наркоманией. Между тем Савченко абсолютно здоров, активно занимался спортом, по свидетельству его отца, никогда не пил и не курил. Почему его поместили в ЛИУ-1, неизвестно.

21 мая Верховный суд, рассмотрев апелляции осужденных, отменил приговоры двум фигурантам дела — Алексею Никитину и Вадиму Ковтуну, получившим соответственно пожизненный срок и 8 лет 2 месяца строгого режима. Отмечалось, что вердикт коллегии присяжных об их виновности убийстве четырех предполагаемых наркоторговцев «является противоречивым и неясным».

Еще троим осужденным Верховный суд также снизил сроки, исключив из обвинения те же эпизоды. Приговоренным к пожизненному заключению Александру Ковтуну и Владимиру Илютикову апелляционная инстанция назначила соответственно 25 и 24 года строгого режима. Срок Максиму Кириллову был снижен с 22 до 19 лет строгого режима. Исключенные из обвинения эпизоды дела были отправлены на новое рассмотрение в Приморский крайсуд. Никитину и Вадиму Ковтуну была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. Все пятеро содержатся во владивостокском СИЗО.

Верховный суд также снизил Савченко срок наказания на один год, до 24 лет строгого режима. Однако в отличие от остальных фигурантов дела, нападение на предполагаемых наркоторговцев ему не вменялось. Приговор Савченко вступил в законную силу.

28 апреля 2014 года судья Приморского крайсуда Дмитрий Грищенко вынес «приморским партизанам» приговор на основании вердикта присяжных.

Кроме упомянутого эпизода, присяжные признали виновными четверых «партизан» — Александра Ковтуна, Илютикова, Кириллова и Савченко — в убийствах двух милиционеров с целью завладения их оружием.

Кроме того, трое «партизан» — Илютиков, Кириллов и Савченко — были признаны виновными в обстреле машины инспекторов ДПС 29 мая 2010-го на трассе Спасск-Дальний — Варфоломеевка в Яковлевском районе. Александра Ковтуна, которому также вменялся этот эпизод, присяжные оправдали.

Александр Ковтун и Илютиков были захвачены силовиками 11 июня 2010 года в Уссурийске. Они вместе с двумя другими «партизанами» — Александром Сладких и Андреем Сухорадой — были заблокированы в квартире в трехэтажном жилом доме. Сладких и Сухорада при штурме погибли; по официальной версии — застрелились. Кириллов и Савченко были поодиночке задержаны накануне.

Поделиться в соцсетях

Льва Шлосберга хотят лишить депутатских полномочий

Лев Шлосберг
Лев Шлосберг

В псковское областное законодательное собрание внесено предложение лишить мандата депутата от партии «Яблоко», учредителя оппозиционной газеты «Псковская губерния» Льва Шлосберга, сообщает «Псковское агентство информации». Вопрос будет рассмотрен на ближайшей сессии, которая состоится 24 сентября.

Предложение внесли представители «Единой России», «Справедливой России», ЛДПР и КПРФ. Поводом стало незаконное, по их мнению, выступление Шлосберга в качестве представителя НКО «Возрождение» в суде. Организация оспаривала включение ее в реестр «иностранных агентов». В связи с этим прокурор Псковской области Сергей Белов потребовал «принять меры воздействия» к Шлосбергу.

По мнению Белова, Шлосберг нарушил закон о принципах организации законодательных органов власти субъектов Федерации, который запрещает депутатам представлять одну из сторон на судебных слушаниях по гражданским или уголовным делам.

Основатель «Яблока» Григорий Явлинский считает, что попытка лишить Шлосберга депутатских полномочий незаконна и проводится по личному указанию псковского губернатора Андрея Турчака.

«Это решение принято в контексте раскрытия дела о покушении на убийство журналиста Олега Кашина, — отмечает Явлинский. — Единственным СМИ Псковской области, рассказавшим о развитии дела Олега Кашина и возможной роли Турчака, стала газета «Псковская губерния».

Партия «сделает все необходимое» для защиты Шлосберга и его депутатского статуса, а также для досрочного прекращения полномочий Турчака, обещает Явлинский.

Поделиться в соцсетях

ЯН ВАЛЕТОВ: Наследники по прямой

Меня упрекают в том, что я зациклен на своей нелюбви к России и Советскому Союзу — я бы давно забыл о них, но мои соотечественники — «любители совка» и горячо любимые мною представители «русского мира», которые рассказывают кому и как мы принадлежим, не дают мне этого сделать.

Я пишу эту статью в канун позорной даты — 17 сентября 1939 года.  Даты вступления СССР во Вторую Мировую войну совместно с нацистской Германией. В этот день наша бывшая родина начала захват территорий с населением 18 миллионов человек. Ударила в спину полякам, которые сражались с Гитлером и разорвала Польшу.

Так что речь идет не об эфемерной угрозе. Речь идет о, опасности, которая существует здесь и сейчас. Это не «может случиться», это уже случилось. Крым и Донбасс — это реальность. Давно уже реальность. И напали на нас не неизвестные посторонние, а наследники СССР — наследники по прямой.

Поэтому тех, кто сегодня здесь поддерживает идеи СССР и хочет возвращения обратно, я воспринимаю, как врагов — и моих личных, и государства. Личных — потому что я не хочу возвращаться назад, и не хочу, чтобы туда вернулась страна, в которой я живу.

Да, я благополучно дожил до 28 лет в Советском Союзе. Не был репрессирован, не сидел изоляторе на знаменитой Игрени, меня не поражали в правах, не ссылали, не наградили «волчьим билетом», и все мои неприятности заканчивались на мелких конфликтах с властью.

В общем, мелочи.
Не диссидент я, если по гамбургскому счету, мелочь пузатая. Так почему же я так не люблю тот строй и не вспоминаю добрым словом те времена?
В самом деле, мы же были молоды, беззаботны — и девушки были краше, и водка лучше, а закуска…
Хотя не в закуске дело.

Помню чудовищное ощущение несвободы. Просто жуткое ощущение нависающей враждебной силы всегда и везде сопровождавшее меня. И враньё. Каждый день, каждую минуту.

Откровенное вранье в газетах, в журналах, в книгах: привычное, ежедневное, ритуальное — все знают, что написана неправда, но ее читают, цитируют, толкуют.

Это повальное лицемерие, возведенное в норму.И еще — это страх. Тоже привычный, окружающий тебя с рождения.Страх перед «органами», прослушкой, сексотами, все эти шепотки на кухнях, «Немецкая волна» через глушилки, «Голос Америки»…

Не высовывайся. Не болтай. Не выделяйся. Не задавай вопросов. Не лезь.
Все под запретом. Все контролируется государством.
Вы думаете, что можно слушать любую музыку? Нет! Только разрешенную.
Вы думаете, что можно читать любые книги?
Нет! Только разрешенные.
Облавы, КГБ, оперотряды…
И враньё, враньё, враньё…

Помню, как у нас в городе впервые продавали египетские апельсины — очередь была на пол-проспекта, а мы собирали боковинки от упаковочных ящиков: картонные со странной арабской вязью и профилем Нефертити.

Помню пустые полки в магазинах — завтрак туриста и морская капуста: мы жили исключительно с рынка, благо у нас в Днепре он был изобилен. А в Рыбинске, где жила тогда моя будущая жена, такого рынка не было и за мясом надо было идти в 5 утра.

В 1989 году я тоже вставал в 5 утра за молоком для новорожденного сына — ни деньги, ни связи тогда проблему не решали. Умирающий СССР таки достал и мой родной город.

Но давайте оставим колбасу в стороне. Вместе с огромными серыми глыбами смерзшихся пельменей с непонятной начинкой. Вместе с завтраком туриста, от которого пахло туристом. Бог с ней, с самой лучшей на свете едой в государстве рабочих и крестьян. Не будем запивать все это гидролизной водкой и березовым соком из трехлитровых банок. Проехали.

Самая справедливая, самая мирная, самая свободная…тюрьма.

Большая, в 1/6 суши тюрьма. С вертухаями, вышками с пулеметами и полчищами рабов, не представляющих жизни за ее пределами, не умеющими жить без железной руки на загривке, не знающими ни чужих языков, ни обычаев и, что самое странное и страшное, нежно любящих и своих мучителей, и место своего заключения.

Я представляю, как сейчас морщатся многие, читающие этот текст.  Нельзя слепому объяснить, что такое желтый. Он может понять, что такое солнце по теплу от лучей на лице, но не способен воспринять цвет.  Человеку, который не понимает мерзость несвободы, невозможно объяснить что такое свобода и почему жить без нее мука.

Рожденному в рабстве она не нужна. Он любит хозяина, ему хорошо в бараке для заключенных, он верит в то, что остальной мир гораздо хуже, хотя никогда не видел его.

Запрещенные книги, которые мы читали — Солженицын, Даниэль, Булгаков, Оруэлл, фотокопии «Посева» казались глотком свободы. История была чиста от того, что натворили строители коммунизма, вылизана, как кошачьи яйца. Очевидцы, которых было много — еще живы были и те, кто казнил, и те, кто охранял, и те, кто чудом избежал смерти — молчали. В крови, в генах, в костном мозгу страх перед этой народной властью…
Жуть.
Спасибо партии родной за наше детство золотое!
Как получишь галстук, береги его! Он ведь с нашим знаменем цвета одного.
Меня до сих пор коробит от красных знамен, а ведь в 1976 году был в «Молодой Гвардии» знаменосцем дружины. И ничего — нёс, не тошнило.
Тошнить начало чуть позже. Появился нюх на ложь. Виноваты гены и книги.

Вы не задумывались, зачем в огромной, 280-милионной стране ложь стала образом жизни? Религией? Главным фетишем? Почему население, среди которого было немало интеллектуальных, думающих да просто порядочных людей, приняло правила этой игры и не краснея славило партию мерзавцев и убийц, стоящих у власти? Что надо было сделать с народами, населявшими СССР, чтобы полностью выжечь в них способности к критическому мышлению?

Все очень просто — запугать. С первой минуты прихода к власти — убивать. Убивать, убивать, убивать как можно больше, жестоко, кроваво, изобретательно…

Любого, кто против. Любого, кто сомневается. Уничтожать врагов — социально далеких, социально близких, но не наших, женщин, детей, стариков, попов и офицеров. Поощрять доносы, выдвигать на роль пастухов исключительно преданных.
Превратить людей в стадо.
И превратили. Вывели красные селекционеры новую человеческую породу, которая верит любой лжи, если она исходит от власти. Породу людей, которым не нужна свобода ни в какой из форм, не нужна эволюция, потому, что им и так хорошо. Которым уютно, когда им лгут, и которые с удовольствием лгут сами.
Получилось.

Грандиозный эксперимент получился, массаракш! Эксперимент по построению мира навыворот. Мира, где честь и бесчестье, ум и тупость, благородство и предательство поменялись местами. В этой системе координат именами палачей назывались города, деревни, улицы и районы, а те, кто боролся с режимом, оказывались в списках бандитов, подонков и палачей.

Нас с самого раннего детства окружали пропагандистскими штампами, которые превосходно заменяли знания по истории. Мы учили не историю, а историю КПСС. Не философию, а марксистско-ленинскую философию. Нам врали во всем и мы учились врать во всем…

Октябрята, пионеры, комсомольцы, кандидаты в члены, члены КПСС — шаг за шагом. Хочешь занять место на карьерной лестнице — запишись в самую справедливую, умную и народную партию рабочих и крестьян.

Квартира, машина, поездка в санаторий, спецраспределитель, больничка получше и раб счастлив. Зачем нужна свобода? Хозяин все дал.

Сейчас мне будут рассказывать про социальные лифты, про научные достижения, большие возможности, про принял с сохой и оставил с атомной бомбой. А я вспоминаю своих бабушку и дедушку, перенесших все прелести этой власти и никогда не увидевших нормальную жизнь за пределами этой страны.

Как же я был рад, когда этот монстр сдох. Как же это было прекрасно, дожить до момента, когда рухнули стены тюрьмы.

Я был наивен, я думал, что достаточно разрушить решетки, как люди станут лучше и свободнее. Естественно, этого не произошло.

За прошлую неделю в одной бывшей братской стране открыли два памятника Сталину и повесили на шею памятнику Солженицына табличку «иуда». Массаракш, за что же вы так любите собственных палачей, пожизненные граждане СССРа? Чем вам так люба тюрьма, что вы бежите туда скидывая портки, чтобы облегчить задачу тем, кто готовится вас поиметь?

Снова непогрешимые вожди — неизвестные отцы — у власти. Снова бьет по мозгам Останкинская башня противобаллистической защиты и вся страна в едином порыве мчится любить начальственную тупую задницу, и ненавидеть, кого прикажут.

Я думал, что СССР умер, а он просто сменил имя. Немножко имя, немножко точку приложения сил, но не людоедскую суть. Усатого вождя сменил бесцветный, а ложь, как основа политики страны, осталась и ее не победить. Она стала совершенней, изощренней и доступней.

И империя зла не уничтожена — её умудрились восстановить в рекордные сроки в новых границах.  Наследники по прямой живы и готовы к новым подвигам. Они не изменились.

И мы не изменились, к сожалению. Вернее, изменились недостаточно — многие из нас все так же восприимчивы к идеям тоталитаризма и мечтают о сильной руке. И тем, кто не хочет снова проснуться в клетке, самое время задуматься — а достаточно ли надежно мы защищены от реванша? Ведь переименованием улиц и городов покончить с монстром невозможно. Нужно успеть воспитать несколько поколений людей, не знавших рабства, для которых жизнь в тюрьме будет противоестественна, а воздух свободомыслия будет для них единственно возможным для дыхания.

Я не скажу, что мир станет раем, но он станет гораздо безопаснее и чище, если из него уйдет само воспоминание о большевистском СССР. Я в этом уверен.

Вот, собственно, и все. Моя нелюбовь к реваншистам — это не психоз, это — ответная реакция. Это реакция моей иммунной системы на опасность — условный рефлекс.

Я слышу знакомые слова, чувствую знакомые запахи, мелькает на экранах ТВ знакомая до боли лживая картинка, я слышу тот же лживый текст, произнесенный со знакомой интонацией — welcome to the past. Здравствуйте, дорогие 70-е.

Не знаю как у вас, а у меня дыбом встает шерсть на загривке — так реагирует на запах волка повидавшая виды овчарка.

Я туда не хочу. Я бы уехал оттуда в любом случае — хоть тушкой, хоть чучелом, но тогда нам повезло. Я бы не стал полагаться на повторное везение, второй раз может оказаться роковым.

Помните, ничего не кончилось. Мы воюем за независимость и свободу, и до победы еще очень далеко.

 

Ян Валетов (Борис Битнер) — русскоязычный украинский писатель и журналист