Закон о запрете оправдания сталинизма: мнения специалистов

Сталин22 сентября в Госдуме зарегистрирован проект Зампреда комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Константина Добрынина с сенсационным на сегодняшний день названием «О противодействии реабилитации преступлений сталинизма». Предлагается признавать экстремистскими и запрещать любые публикации с оправданием «необходимости осуществления массовых политических репрессий,  депортаций и нарушений прав, свобод и законных интересов человека в связи с его политическими взглядами». Особо выделена ответственность госчиновников за высказывания, оправдывающие необходимость политических репрессий. Запрещаются организации или объединения, действия которых направлены на реабилитацию или оправдание сталинских репрессий. Предлагается запрет называть географические и иные объекты именами причастных к преступлениям сталинского режима. И, наконец, «Нормативные акты советских органов власти в части применения политических репрессий в отношении отдельных граждан, а также наций, народностей, иных исторически сложившихся культурно-этнических общностей, являются незаконными и подлежат отмене.»

В то же время, если историческое событие не получило официального государственного осуждения, высказывания о нем не попадают под действие закона. Разрешается также «опровержение обвинения политического руководства советского государства в проведении политики геноцида и совершении других преступлений против человечества».

Уже появилось достаточно отзывов на законопроект, и они оказались отнюдь неоднозначными. Наиболее критически подошли к тексту организации, серьезно занимающиеся именно темами шовинизма, ксенофобии и сталинских репрессий. Предлагаем краткий обзор первой реакции общества.

Одним из первых поддержал закон глава СПЧ Михаил Федотов, сказав, что «идея, заложенная в законопроекте, «соответствует утвержденной правительством концепции государственной политики по увековечиванию памяти жертв политических репрессий».

Антон ОрехВосторженно приняла законопроект либерально-демократическая пресса в лице обозревателя Антона Ореха. Эмоционально перечислив наиболее известные грехи сталинизма, он заключает: «Получается, что в Думе и Совфеде заседают не сплошняком андроиды и автоматы для голосования – встречаются и приличные граждане. Сенатор Добрынин внес законопроект, который, положа руку на сердце, давно следовало не просто внести, а принять разом во всех чтениях и единогласно. Который должен быть в тот же день подписан президентом, а затем немедленно пропечатан в учебниках для средней школы.»

Центр "Сова"Информационно-аналитический центр «Сова» (занимающийся вопросами ксенофобии и политического радикализма) более сдержан в оценках. Приветствуя направленность закона, аналитики отметили ряд проблем. Так, положение об ответственности чиновников отсылает к не существующим в российском законодательстве нормам (а  законопроект такую ответственность сам не вводит).

Ответственность СМИ и организаций (вплоть до ликвидации) и отнесение «оправданий сталинизма» к экстремизму представляется им «чрезмерным ограничением свободы слова и ассоциаций. «Оправдание сталинизма» в настоящее время не входит в определение экстремистской деятельности, как и «оправдание нацизма». Расширение же списка  для признания материалов экстремистскими, представляется нам неразумным, поскольку критерии оценки материалов на предмет экстремизма и так оказались слишком широкими и плохо понятными для прокуратуры и судов»

Упоминая рекомендацию Европейской комиссии против дискриминации (ECRI) N7, требующей введения наказаний за «отрицание и оправдание» геноцидов, военных преступлений и преступлений против человечности, аналитики «Совы» считают более резонным введение административной ответственности (в виде штрафов) за оправдание всех преступлений — и нацизма, и сталинизма, а заодно геноцида и преступлений против человечности, признанных Международным уголовным судом или иными международными трибуналами. «Такие санкции были бы, с одной стороны, не слишком суровы, с другой стороны — несомненно, повлияли бы на тех, от кого в наибольшей степени может гипотетически исходить опасность исторического ревизионизма, — на чиновников и на крупные, статусные, СМИ и издательства.»
Ян РачинскийЧлен Правления Международного Мемориала Ян Рачинский высказывает собственную точку зрения.

«Во-первых, само название – почему речь идет о сталинском режиме? Политические репрессии начались при Ленине во вполне массовом порядке, и продолжались после смерти Сталина – в порядке не столь массовом, но не менее преступном.»

Во-вторых, все «официальное осуждение» сводится к формулировкам преамбулы Закона о реабилитации, заявления Госдумы о Катынском преступлении и нескольких указов 1990-х годов. И уж подавно никакие самые вопиющие преступления советской власти не были официально признаны преступлениями против человечности – даже расстрел военнопленных поляков ГВП квалифицировала как «превышение служебных полномочий». Поэтому сфера применения закона оказывается очень ограниченной.

В-третьих, … серьезные сомнения вызывает ссылка на законодательство об экстремизме, неопределенность формулировок и произвольность применения которого хорошо известны. Думается, что приоритет должен быть отдан просветительным и воспитательным мерам, а не запретительным.

В-четвертых, если говорить о запретительных мерах, то они должны касаться прежде всего представителей власти.

В-шестых, ч.1 ст.7 гласит, что «нормативные акты советских органов власти в части применения политических репрессий в отношении отдельных граждан, а также наций, народностей, иных исторически сложившихся культурно-этнических общностей людей, являются незаконными и подлежат отмене» – но в это определение не попадают, например, решения о раскулачивании (не говоря о многих менее масштабных решениях против разных социальных групп).

Ну и мелкая ошибка, ставшая уже хронической в СМИ, но неуместная в законопроекте, – использование слова «опровержение» вместо «отрицание» (последний пункт ст.2, ч.3 ст.3). Опровержение в принципе не может быть наказуемо.»
Александр СкобовЕще более категоричен политический деятель, публицист и бывший политзаключенный Александр Скобов.

«Проект Добрынина, если он будет принят, послужит прекрасным дополнением к закону Яровой, карающему за осуждение советских преступлений времен Второй мировой войны. Если одни сталинские преступления нельзя будет оправдывать по закону Добрынина, а другие нельзя будет осуждать по закону Яровой, останутся ли вообще в советской истории страницы, по поводу которых можно будет высказывать разные точки зрения?

Неужели в России любой идейный спор обречен быть соревнованием в принятии репрессивных законов друг против друга? Состязанием, кто кого запретит, привлечет к уголовной ответственности, посадит? Запреты против сталинистов не уравновешивают запреты в пользу сталинистов, а лишь увеличивают количество запретов, сокращают пространство свободы и расширяют пространство несвободы, на котором единственно допускаемую точку зрения устанавливает государство.

Когда на замечание активистки Юлии Усач (которую судят за антифашистские карикатуры по статье о демонстрации нацистской символики) о том, что свастики были и в антифашистских произведениях Кукрыниксов, прокурор Кузнецов отвечает «если надо, мы и Кукрыниксов привлечем», это гротеск? Верноподданные придворные либералы будут придумывать мудрые запреты, а «правоприменять» их будут пришибеевы и держиморды, которые будут строить в три шеренги всех — сталинистов и антисталинистов, фашистов и антифашистов.

Сталинизм можно и нужно победить на поле боя, когда он берется за оружие. Но сталинизм нельзя победить идеологическими запретами. Потому что идеологические запреты — это и есть сталинизм»

Поделиться в соцсетях

Новая Хроника текущих событий в Twitter -- iXponika
Новая Хроника текущих событий в Facebook
Новая Хроника текущих событий ВКонтакте

Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях