ВИКТОР ДАВЫДОВ: Путин. Террор. Итоги.

Виктор ДавыдовКо Дню прав человека 10 декабря новая Хроника текущих событий выпустила очередной Список политзаключенных, или, если юридически точно, лиц, преследуемых по политическим мотивам. Первый такой список был составлен в мае 2014 года, прошло полтора года, так что вполне можно сравнить и отметить тенденции, чтобы понять, что происходит в стране.

Ничего необычного не происходит – только террор. Не озверелый хтонический террор 1937 года, а тихий рутинный, вполне бюрократизированный – собственно, каким он и был в СССР почти все время за исключением периодов «сезонного обострения». Сажают выборочно, большей частью, в провинции – Москва все же столица империи и город относительно либерального политического режима. Все это происходит на скучном бытовом фоне роста цен, транспортных проблем, очередей в поликлиниках, однообразных криминальных историй, так что рассыпанные среди них сообщения об арестах за «экстремизм», «оправдание терроризма» и «измену родине» даже становятся привычны. И только глянув на полтора года назад, вдруг с удивлением замечаешь: Да мы живем совсем в другой стране – как это так незаметно вышло?

Всего лишь цифры. В мае 2014 года в стране было 92 человека, репрессированных по политическим мотивам – сегодня их уже 256. Рост на 178% довольно большое достижение т.Путина – с прочими у него гораздо хуже, но в конце концов, в Краснознаменном институте КГБ СССР именно этому его и учили.

Все делается в лучших традициях учителя Президента т.Андропова и по нарисованным им лекалам. Выбор жертв происходит двумя методами: в первую очередь, ими становятся те, кто слишком активен и может стать лидером в протестной среде, либо – вроде бы совершенно случайные люди. Это не сбой системы, а четкий расчет на то, что каждый почувствует неприятный холодок в спине, ощутив себя в группе риска. Собственно, в этой группе риска — мы все.

Некоторые, конечно, рискуют больше. Например, политические активисты: за полтора года их количество в Списке удвоилось: с 39 до 80. И заметно изменился качественный состав: если в 2014 году это были, преимущественно, нацболы, анархисты, антифа и прочие «внесистемники», то сегодня под уголовными делами ходят люди, участвовавшие вроде бы во вполне легальной деятельности вполне легальных партий. Дела менеджеров кампаний партии «РПР-ПАРНАС» Андрея Пивоварова и Леонида Волкова на слуху, гораздо меньше известно про шитое белыми нитками «экономическое» дело группы из карельского отделения партии «Яблоко». Там удар был нанесен абсолютно точно по главному спонсору кампании мэра Петрозаводска Галины Ширшиной бизнесмену Василию Попову. Сам Попов скрылся в Финляндии, трое женщин-«яблочниц», прицепленных к делу, были арестованы, позднее выпущены под залог.

Уже покрывшееся налетом пыли «Болотное дело» под этой пылью как-то живет и даже развивается. Только что по этому делу арестовали доцента кафедры истории медицины Российского национального медицинского университета им.Пирогова Дмитрия Бученкова. В его деле самое интересное, что по всей имеющейся информации, Бученкова вообще не было в Москве 6 мая 2012 года, и арестован он был лишь потому, что оказался похож на человека, который на Болотной, якобы, пинал сотрудника полиции и переворачивал туалеты. Привет Кафке от т.Бастрыкина.

Другой группой риска, конечно же, являются блогеры. И та же картина: удвоение количества – с 9 до 20 – при значительном изменении качества. Если в прошлом году нужно было быть Борисом Стомахиным, который нарывался, фантазируя в своих постах, что в России на каждом холме надо поставить пулемет, а еще лучше, если на ее месте вообще будет «плескаться море», то теперь достаточно и пары комментов.

За два коммента (два, Карл!) и перепост карикатуры, на которой при достаточно развитой фантазии можно угадать двуглавого орла, получил два года лагеря строгого режима 22-летний айтишник из Нижнего Новгорода Кирилл Силивончик. Дело ставропольского фельдшера Виктора Краснова вообще звучит как дурной анекдот. Краснов в комментах обругал попытки РПЦ вернуть в семейные отношения Домострой и высказал в общем-то научный факт, что Библия является сборником мифов еврейского народа. За это теперь ходит на допросы как обвиняемый в «оскорблении религиозных чувств верующих» (ст.148 УК).

Защищая Божественное происхождение «сборника мифов еврейского народа» в Ставрополе, органы устраивают представителям этого народа в Екатеринбурге веселую жизнь. Тянущийся там процесс преподавателя еврейской гимназии «Ор Авнер» Семена Тыкмана выглядит уже как некая уродливая карикатура на известное «дело Бейлиса».

Тыкмана обвиняют в том, что он, якобы, учил студентов плеваться в сторону православных церквей и требовал убивать всех немцев. В ходе суда выяснилось, что в сторону церквей тихий еврей Тыкман, конечно же, не плевал, как не собирался убивать и немцев – зато утверждал, что фашисты, устроившие Холокост, достойны смерти. Все обвинения против Тыкмана строятся на протоколах допросов двух 14-летних студенток гимназии, которых были написаны в ФСБ с такими грубейшими процессуальными нарушениями, что поставили в неудобное положение не только судью, но и прокурора. Теперь они пытаются вызвать в суд автора — следовательницу ФСБ, которая от этого, конечно же, уклоняется всеми способами. Тем не менее, дело по ст.282 о «возбуждении ненависти либо вражды» в отношении группы лиц «фашисты» продолжается, и оправдательного приговора, как обычно, не предвидится.

Совершенно новым явлением, которое еще не было заметным в 2014 году, стало появление группы риска из людей, имевших допуск к государственной тайне. Вдруг – и почему-то, как правило, через несколько лет – выясняется, что носитель секретов какие-то из них когда-то кому-то выдал. И в один миг добропорядочный гражданин, вроде радиоинженера Геннадия Кравцова или замначальника Службы воздушного движения аэропорта г. Сочи Петра Парпулова, превращается в государственного изменника.

Кравцов по неосторожности указал свое бывшее место работы в резюме, отправленном в шведскую фирму, и хотя бы это про него известно, в то время, когда дела прочих «изменников родины» наглухо засекречены, так что определить весомость обвинений против них можно разве что по косвенным признакам. Одним из них, причем достаточно очевидным, является то, что когда в деле есть, действительно, состав преступления, ФСБ трубит о нем и расписывает его в деталях через все СМИ. Когда же официальные пресс-релизы выглядят как шифровки, где фигурируют некие неизвестные сведения, переданные неизвестным лицам из неизвестных государств по неизвестным мотивам, то можно почти уверенно считать это дело политическим – хотя бы потому, что нарушено право обвиняемого по политической статье на открытый объективный суд и защиту.

Одной из странных деталей, которая обнаруживается при сравнении списков разного времени является то, что несмотря на то, что репрессии проходят по всей стране и вроде бы хаотично, процентное соотношение различных групп репрессированных остается почти неизменным. Это может означать только одно: «хаотичность» всего лишь иллюзия, и все идет по плану. Точно так же, как при Сталине в Кремле подписывались списки репрессируемых по категориям, сегодня тоже кто-то на Лубянке определяет кого и в каких количествах посадить, так что приговор, как обычно, выносится еще до ареста.

Однако, возможно, самой поразительной чертой Списка является то, что по нему невозможно составить типовой портрет российского политзаключенного. В Списке все возрастные категории — от несовершеннолетних до пенсионеров. Там все категории социальные – от трактористов до госчиновников и банкиров. Там все идейные направления – от либералов до русских националистов (в тюрьме идейные разногласия нивелируются, и на пересылке украинский националист Александр Кольченко отдает свои лишние брюки русскому националисту Владимиру Кудряшову, выловленному в ЛНР и этапируемому в «Матросскую Тишину»).

Наконец, совершенно беспрецедентный географический разброс. Если ранее протестное движение концентрировалось в больших городах, то география нового Списка – это также мелкие города, поселки, станицы и вообще какие-то места, при упоминании которых делает круглые глаза даже Википедия. Одним словом, единственное, что объединяет сегодняшних политзаключенных – это только принадлежность к той самой расплывчатой группе, которая называется «россияне».

Это и есть итог полутора лет, за которые Кремль плавно перешел от войны с Украиной к войне с собственным народом. Там хорошо понимают, что ценность 89% рейтинга не намного выше 99% советских, и единственный верный метод управления – страх. Нагнать его можно только репрессиями.

Поэтому до самого горизонта видна только та же дорога, вымощенная папками уголовных дел. Что за горизонтом – понятно, за последние годы мы наблюдали уже не раз финал доброго десятка кривобоких диктатур. Проблема только в том, что до этого времени надо еще дожить. И желательно, не попав до его наступления в Список политзаключенных.

(Источник — Грани.ру)

Поделиться в соцсетях


Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях