ПАВЕЛ ПРОЦЕНКО: «Кажется, мы забыли о Сахарове!»

Protsenko_Pavel22 года назад я приехал в Нижний от неуемной славной газеты «Экспресс-хроника», впоследствии закрытой от безденежья.

Три неполных дня фантасмагории вокруг великого имени. Губернатор Борис Немцов. Физики, философы, местные телевизионщики, правозащитники, учителя и горстка растерянных школьников и студентов. Маститый корреспондент «Свободы» аж из Мюнхена, какие-то местные поэты и литераторы. Пьянящий май на берегу Волги. Глядя через кристалл этой зарисовки, видишь, как общественные процессы в новой России изначально двигались в сторону абсурда и плена. Как это было 21 мая 1994.

Sakharov_Andrei1

ТОРЖЕСТВА НА ФОНЕ БЫВШЕЙ ТЮРЬМЫ И РАВНОДУШИЯ
Сахаровская годовщина в Нижнем Новгороде
(Павел Проценко / Экспресс-хроника: Правозащитный еженедельник. М.,  10 июня 1994 г.)

Корни правозащитного движения берут начало у невидимых источников совестной жизни. Именно отсюда, из глубин личности, родилось то мужество, то сообщество «приватных» лиц (часто незнакомых друг с другом), которое не только противостояло коммунистическому Левиафану, но и самым фактом свободного достойного существования дало пример жизни положительной. Андрей Дмитриевич Сахаров, которому 21 мая исполнилось бы 73 года, своей жизнью ослепительно ярко обозначил, что внутреннее в человеке преобладает над внешним. Что там, в сокровенных тайниках души, свобода неуничтожима.

Логика духовного выбора привела академика-правдолюбца к бессудному заключению в горьковской ссылке. Квартира в городе на Волге на первом этаже многоэтажного дома по проспекту Гагарина стала для него настоящей тюрьмой, местом мучений, о безмерности которых можно судить хотя бы по тому, что Сахаров дважды начинал здесь бессрочные смертельные голодовки. В конце концов место его заточения превратилось в идеальный глухой колодец, со дна которого не доносилось ни малейшего звука от брошенного туда узника. В конце XX столетия была на земле страна, где без войны, без природных катаклизмов мог исчезнуть всемирно известный человек. Нынче государство это называется Россией, а городу Горькому возвращено его древнее название.

Сейчас в Нижнем Новгороде уже в третий раз в годовщину рождения Андрея Дмитриевича проходят торжественные мероприятия. В эти памятные дни важно, казалось бы, уяснить картину его трагического прошлого, заглянуть в бездну, куда толкала народ коммунистическая власть. Когда, как не сейчас, очиститься обществу от былого малодушия, вспомнить, в каком рабском состоянии оно находилось?

Но сахаровские дни в Нижнем – это прежде всего чиновничья акция, цель которой сокрыта в ведомственных инстанциях.

Трехдневное мероприятие, организованное музеем-квартирой Сахарова, а также областной и городской администрациями, началось, конечно же, избранием почтенного президиума, в который вошли несколько начальствующих лица, директор музея-квартиры и бывший политзаключенный С.М. Пономарев, представитель Радио «Свобода», приехавший из Мюнхена, физики из ядерного центра Арзамас-16. Сразу зазвучала – и протянулась на все три дня – издевательская скоморошья мелодийка: благодарная власть, ее обличители-психопаты и елейные поклонники из рядов местной интеллигенции. Губернатор Нижегородской области Борис Немцов вспомнил, как в 1990 году, на сороковой день после кончины великого гражданина России, участвовал в первых сахаровских чтениях. «Тогда это было на грани крамолы», – высказал он весьма сомнительное определение того, уже весьма раскрепощенного времени. Речь его на мгновение была прервана каким-то нервным субъектом из первого ряда, который истерично потребовал, чтобы губернатор говорил в микрофон. В заключение Немцов пожелал России укрепляться в традициях свободомыслия. «Я надеюсь, – сказал он с пафосом, – что в будущем нашем обществе никто не будет прерывать людей, не будет их оскорблять».

Сразу после выступления губернатора раздались здравицы в его честь: «Мы счастливы от вас, Борис Ефимович, слышать, что должны покаяться перед Сахаровым. Очень верная идея».

Микрофон предоставили все тому же истеричному субъекту. «Свобода, как утверждает Немцов, – закричал он, – может быть и хороша, но при ее избытке начинается анархия. Посмотрите, что сейчас происходит!» Далее последовала бессвязная коммунистическая тирада о вреде демократии.

Другой мотив постоянно вертелся вокруг Радио «Свобода» и может быть озаглавлен так: «Желанный гость из Мюнхена!» Организаторы придавали этой теме большое значение.

– Приезжайте, – приглашал меня по телефону один из устроителей конференции, – у нас будет в гостях Кэвин Клоуз, директор радио «Свобода».

– По-видимому, мероприятие не состоится, – сообщало то же лицо несколько позже, – Кэвин Клоуз не приедет.

Сахаровские дни все же не отменили, а приветствие от Кэвина Клоуза (в конце семидесятых годов он работал корреспондентом «Вашингтон пост» в Москве) зачитал Виктор Федосеев, многолетний редактор отдела прав человека.

Много речей произносили физики. Скудные личные воспоминания о виновнике торжества чередовались с размышлениями о целесообразности строительства атомной электростанции в городе, об атомной энергетике, ядерных вооружениях. Начальник одного из секретных отделов Арзамаса-16, Г.И. Иванов, конфиденциально поделился с присутствующими сведениями о выдающемся поведении резидента КГБ в Вашингтоне, на свой страх и риск принявшего участие в разрешении Карибского кризиса. В сознании докладчика этот пример как-то увязывался с нравственным обликом Андрея Дмитриевича. Примерно так же, как и утверждение его коллеги В.Б. Адамского:

– Андрею Дмитриевичу не в чем было каяться.

Выступали педагоги, делились со слушателями своими разнообразными познаниями, например, о «метасекрете власти». Ведущий, преподаватель философии Нижегородского пединститута Трынкин, бодро управлял процессом «общения». Периодически кто-нибудь через микрофон обличал власть новых буржуев, звал назад, к Марксу и Ленину.

В конце первого дня заседаний кто-то обронил вслух: «Кажется, мы забыли о Сахарове!» Впрочем, имя его поминалось постоянно, смысл же его жизни был замолчан напрочь. В очередной раз узкому – и постоянно уменьшавшемуся – кругу собравшихся представляли: «Сейчас выступит многолетний редактор Радио “Свобода”…»

Сосредоточенно работала очередная телегруппа. Вновь и вновь брали слово экзальтированные проповедники марксизма, вновь и вновь перед опустевшим залом философствовал ведущий.

О чем только ни толковали на сахаровской годовщине! Но только все не о том, не о преступлениях и жертвах коммунистического режима. В первый год ссылки проникли к Андрею Дмитриевичу двое местных школьников, на обратном пути их схватили чекисты. Где сейчас эти отважные ребята?.. В горьковской больнице во время длительной голодовки Сахарова «лечил» врач Обухов. В перестройку этот советский «доктор Менгеле» (по определению Елены Боннэр) был избран в городской совет. О палаче ораторы не вспоминали (ни научные сотрудники музея-квартиры, ни Виктор Федосеев из Мюнхена, в свое время сделавший о гонимом ученом 500 радиопередач: этот последний факт присутствующие запомнили, кажется, навсегда). Не вспомнили они и о том, что прежний тоталитарный аппарат насилия пребывает в целости и сохранности, мощно влияя на жизнь всего общества.

Я спросил одного из участников сахаровских дней, первокурсника Нижегородской школы МВД Алексея Волкова (18 лет): «А что, если тебе придется столкнуться с беспределом в милиции, с несправедливостью? Как ты будешь себя вести?»

– Не знаю, – сказал он, запнувшись. – Не решил. Я этого боюсь. Органы, конечно, мощная машина. В обществе нельзя быть свободным от общества. И потом, никто не говорит, что нужно делать сейчас. Мы видим разоблачение системы, а чем следует заниматься дальше, не знаем.

Журналист, также бывший политзэк Виталий Помазов, один из тех, кому в свое время удалось прорваться сквозь заставы КГБ в горьковскую квартиру Андрея Дмитриевича, говорит, что лишь несколько раз зашел на сахаровские чтения, но участвовать в них считает для себя морально недопустимым, ибо здесь царят «ложный дух и амбиции чиновников».

Сергей Пономарев в свое время получил пять лет лагерей по политической статье, при этом дав во время следствия подробные показания против своих подельников. Нынче он директор музея-квартиры Сахарова и сокрушен тем, что администрация города вместо запрошенных у нее девяти миллионов рублей выделило на данную конференцию всего четыре.

Беда, конечно, не в этом. Беда в духовном опустошении нашего общества. Беда в том, что система, не столь давно запрещавшая упоминать имя великого печальника, употребляет массу усилий, чтобы в народе не ожило покаяние, чтоб люди не пришли в себя, чтоб их сознание морочили те, кому для этого выделяются большие государственные средства.

(Блог автора)

Новая Хроника текущих событий в Twitter -- iXponika
Новая Хроника текущих событий в Facebook
Новая Хроника текущих событий ВКонтакте

Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях