АНАСТАСИЯ ЗОТОВА: Даже в плохой системе всегда найдется что-то человеческое

Ильдар Дадин и Анастасия Зотова
Ильдар Дадин и Анастасия Зотова (2015 г.)

Жена политзаключенного Ильдара Дадина о свидании с ним в СИЗО-4 «Медведь».

В СИЗО-4 («Лебедева») в Санкт-Петербурге Ильдар пробыл больше двух месяцев. Все это время мы писали друг другу письма, сообщая о своей жизни, хотя от Ильдара вестей было немного. Пока в прошлую пятницу, 24 июня, мне по почте не пришло уведомление о том, что адресат «убыл».

«Ну, отлично», – думаю я. Значит, наконец-то, отправят в колонию. Значит, скоро дадут длительное свидание. Значит, можно будет подавать на условно-досрочное.

Одна только проблема: я не знала, куда повезут Ильдара. Написала заявление в петербургский ФСИН и попросила узнать друзей. Друзья подняли свои источники и… внезапно выяснилось, что Ильдара везут обратно в Москву!

А во вторник, 28 июня, пришло и подтверждение – письмо от самого Ильдара из Москвы. Из того же, кстати, СИЗО-4 («Медведь»), где он находился до отъезда в Петербург.

Ильдар написал, что снова попал в спецблок, причем в камеру Петра Павленского, и читает оставленные им книги. Рассказал, что за два месяца, проведенные в питерском СИЗО, похудел на пять килограммов. Придется теперь откармливать – благо, передачи в Москве делать несколько легче, чем в Петербурге. Первая уже отправлена – со злополучным кипятильником, который был отправлен почтой России в «Лебедева», но туда не дошел.

Я отправилась в СИЗО 29 июня, чтобы получить свидание с ним. Утром в день свидания мне пришел ответ из Санкт-Петербурга о местонахождении Ильдара: мол, увезли в колонию для отбывания наказания. В это время я уже знала, что Ильдар ни в какой не в колонии, а в московском изоляторе. Почему – остается загадкой как для меня, так и для него. Сам он не знает, зачем его вернули в Москву.

В каждой системе, даже самой плохой, всегда найдется что-то человеческое: добрые полицейские, например, или честные гаишники. И в некоторых СИЗО работают люди, которые, как минимум, не стремятся сделать твою жизнь хуже.

По словам Ильдара, в питерском изоляторе «Лебедева» есть младшие сотрудники – так называемые корпусные – которые старались ему помочь и выполняли его просьбы. Например, перевели в камеру попросторней, дали нитки с иголкой. Или повар, который старается положить заключенным еды хотя бы немногим больше нормы.

Жизнь в питерском СИЗО Ильдару показалась намного хуже, чем в московском. Во-первых, он пожаловался на тесноту, хотя и сидел один в четырехместной камере. Говорит, что практически все место занимает мебель, и свободного пространства остается совсем немного – пара шагов между кроватями.

Теперь в московском изоляторе ему кажется, что между койками как будто широкие проспекты. На верхних шконках даже можно загорать, а во дворе – качать пресс. В его камере на шестерых живут пять человек, у каждого своя кровать. В свободное время Ильдар читает книги – например, закончил «Фрикономику» Стивена Левитта и Стивена Дабнера.

Нельзя сказать, что заключение он переживает спокойно: речь даже не о физических трудностях, а об ограничении свободы, которое тяжело дается такому деятельному человеку. Но Ильдар не раскаивается в том, что выходил на пикеты. «Когда говорят, что сейчас в России нет смысла протестовать, я этого не понимаю. Если ты не протестуешь против несправедливости – ты становишься молчаливым соучастником преступлений. Нельзя быть честным, когда выгодно, а когда невыгодно – не быть. Ты либо честный, либо нет», – объясняет он.

(Источник — Русь Сидящая)


Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях