Правозащитная группа «Агора»: Российская психиатрия абсолютно непрозрачна

Ворота Института им.Сербского
Ворота Института им.Сербского

Международная правозащитная группа «Агора» представила доклад о практике политической психиатрии в России. Авторы исследования попытались ответить на вопрос, используется ли сейчас психиатрия в политических целях и вернулся ли в современную Россию советский опыт карательной психиатрии.

Юристы «Агоры» проанализировали уголовные дела последних лет и пришли к выводу, что случаи, когда суд назначает принудительное лечение, пока остаются единичными, однако наблюдается явная тенденция к расширению практики использования психиатрии как карательного инструмента.

В частности, в качестве примера авторы доклада приводят дело «болотного узника» Михаила Косенко, которого психиатры признали невменяемым, и Замоскворецкий суд в октябре 2013 года отправил его на принудительное лечение. Сам Косенко и его защитники уверяли, что ему не требуется психиатрическое лечение и раньше он наблюдался у врача амбулаторно. Косенко провел два года в психиатрическом отделении СИЗО «Бутырка»и несколько месяцев в психиатрическом стационаре, после чего его перевели на амбулаторное лечение. Косенко отпустили домой, но он все еще находится на принудительном лечении, должен регулярно отмечаться у врача и в случае каких-либо нарушений может снова оказаться в больнице.

Только на днях был признан невменяемым еще один «болотник», Максим Панфилов, и он тоже попадет в психиатрический стационар на лечение. Есть и другие дела на Урале, одно дело в Екатеринбурге, и еще одно в Челябинске, где людей преследовали в уголовном порядке за различного рода высказывания и действия, выражения мнения. Суд признал, что они эти преступления совершили, но со ссылкой на экспертизы признал их невменяемыми и водворил в психиатрические стационары. Это Алексей Морошкин в Челябинске, дело которого, по мнению «Агоры», абсолютно политически мотивированно, ибо является преследованием за свободу выражения мнения. У него не было в анамнезе никаких психических расстройств, он никогда не лечился, не обращался к психиатру.

Еще один случай, о котором пишут юристы «Агоры», – дело алтайского журналиста Руслана Макарова, который был принудительно госпитализирован в психиатрическую больницу после критики в адрес главы Республики – Александра Бердникова. Как рассказал Радио Свобода сам Макаров, в 2012 году он написал ряд статей, в которых фактически обвинил Бердникова в коррупции и воровстве, после этого глава региона на сессии Госсобрания назвал Руслана Макарова «психически больным человеком, который состоит на учете у психиатра».

Макаров действительно страдал психиатрическим расстройством, и через некоторое время врачи отправили его на принудительное лечение: «Нашли местного фельдшера, который написал, что у меня ухудшилось состояние, что я опасен для себя и окружающих. И в связи с этим меня положили в больницу, – рассказывает Руслан Макаров. – Любой человек, даже не обязательно психически больной может принудительно оказаться в больнице, если врач-психиатр говорит, что он представляет опасность для себя и окружающих». Журналист провел в больнице 2 недели: «Первую неделю я был на сухой голодовке, меня не лечили, потом я из нее выходил, меня не лечили тоже, только собирались, потом я сбежал», – заключает Макаров.

11 октября 2016 года Европейский суд по правам человека, рассмотрев дело о принудительной госпитализации журналиста, присудил Руслану Макарову компенсацию в 1500 евро, признав, что было нарушено его право на свободу и личную неприкосновенность.

Юристы «Агоры» отмечают, что принудительное лечение – не единственный способ давления на общественных активистов через инструменты психиатрии. По данным правозащитников, в последние годы растет число дел, в рамках расследования которых обвиняемых отправляют на психиатрические экспертизы – амбулаторные и стационарные: например, на такие экспертизы отправляли акциониста Петра Павленского, кубанскую активистку Дарью Полюдову, правозащитника Сергея Мохнаткина.

По мнению одного из авторов доклада, руководителя организации «Агоры» Павла Чикова, это свидетельствует о том, что следственные органы теперь фактически перекладывают ответственность за исход дела на врачей-психиатров.

 — Как выяснилось, с одной стороны, случаев назначения принудительных мер медицинского характера судами в рамках уголовных дел или в рамках обращений самих психиатров не так много. То есть можно сказать, что их единицы. Мы осознанно ограничили сферу только делами в отношении общественных деятелей и гражданских активистов – теми уголовными делами, где мы усматриваем политически мотивированное преследование.

 Выявилась некая закономерность: если человек когда-то в детстве или в молодости обращался за помощью к психиатрам, в том числе добровольно, у таких людей есть очень высокие шансы, что в случае их уголовного преследования психиатр выявит у них наличие психического расстройства и выразит мнение о необходимости стационарного лечения, даже если эти люди никогда не были на стационаре, лечились амбулаторно. Так было с Михаилом Косенко.

Эта ситуация создает очень опасную тенденцию, люди должны бояться обращаться к психиатрам. Даже если они видят такую потребность, это оказываются не такие же доктора, как, например, стоматологи, у нас зуб заболел – и мы пошли, а вот к психиатру, если у нас есть проблема, надо сто раз подумать, прежде чем идти, потому что факт обращения потом, в отдаленном будущем, может сыграть злую шутку.

Новая Хроника текущих событий в Twitter -- iXponika
Новая Хроника текущих событий в Facebook
Новая Хроника текущих событий ВКонтакте

Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях