ВИКТОР ДАВЫДОВ: Иван Моторолович Грозный

vd021Как говорил знакомый психиатр, «Общество само создает своих сумасшедших. Сто лет назад каждый второй был Наполеоном, а сегодня — ни одного. Зато у меня в отделении есть пациентка 76-ти лет, которая утверждает, что она дочка Аллы Пугачевой». (Разговор происходил еще при советской власти.)

Таким же методом доктора Франкенштейна Родина создает и своих героев. Может быть, поэтому на героев Родине категорически не везет. Один из «28 героев-панфиловцев», оказавшись в плену, пошел в нацистские полицаи. Несчастный Александр Матросов попал на фронт из уголовной зоны, про Зою Космодемьянскую только и знали, что она была нелюдимой и забитой девушкой – хотя так толком и неизвестно, была ли повешенная немцами девушка по имени Таня Зоей.

Точно так же герой «русского мира» Моторола в реальном мире был абсолютным лузером и автомойщиком с перспективой сделать разве что уголовную карьеру. По ней он двигался и уже получил условный срок за угон автомобиля – сыграв с подельником в «тупой и еще тупее»: машину угнали с той самой мойки, на которой работали. Впрочем, и среди урок ему не удалось бы подняться выше рокового четвертого этажа: в зоне истеричек и беспредельщиков закономерно ждет «петушиный барак» — уголовный мир устроен все-таки разумнее «русского».

Еще одной характерной чертой героев «русского мира» является бессмысленность их «героических» деяний. «Герои панфиловцы» не останавливали немецкой атаки – за ее отсутствием. Про Матросова неоднократно писалось, что немецкий пулемет MG-42 должен был в долю секунду перемолоть упавшее на него тело без всяких последствий для хода боя. Зоя так и не подожгла избу, где квартировали немцы.

«Герой Моторола» – персонаж той же оперы. Его называют основателем батальона «Спарта», хотя общеизвестно, что все воинские формирования ЛДНР создавались непосредственно ФСБ и ГРУ. Под командованием Стрелкова-Гиркина Моторола и служил, пока его не назначили командовать – видимо, за отсутствием хоть кого-нибудь вменяемого в пределах «русского мира».

Полгода Моторола пытался захватить здание Донецкого аэропорта, уже находившееся в полном окружении. Захватить превосходящими силами вместе с чеченцами, батальоном друга Гиви и прикомандированными снайперами ГРУ. В итоге здание аэропорта было взято только после того, как было полностью разрушено и перестало существовать. Даже «боевое ранение» – перелом ключицы — воин «русского мира» получил не в бою, а в аварии, когда сдуру взялся порулить БТР.

Однако в Донецке герой смог расстрелять 15 украинских пленных – о чем он хвастал публично на микрофон. Хорошо известны и уголовные подвиги Моторолы по рэкету, отжатию бизнеса и квартир в городе. В итоге «герой» проходит, как минимум, по четырем статьям Уголовного Кодекса РФ, в первую очередь, за самое очевидное — наемничество.

Иван Грозный был точно таким же лузером на своем месте. Этот вообще разрушал все, чего касался. Поломал толковую систему управления страной, систему взаимоотношений с другими княжествами и церковью, проиграл все войны, потерял территории и оставил страну в голоде и разрухе. Ну и конечно, устроил первый в истории России систематический террор.

Если Сталину можно поставить в зачет хотя бы индустриализацию, то у Грозного двойки по всем предметам.  Патриоты обычно возбуждаются на «расширение русских земель» при Грозном. Только никто не любит упоминать, что «присоединенные» Казанские и Астраханские ханства были вассальными государствами, так что столь же «героически» можно разбомбить и ограбить Казань хоть сегодня. Попытка «завоевания» такого же вассального Сибирского ханства обернулась гибелью почти всего отряда Ермака и отправленных на помощь ему конкистадоров.

Приложился Грозный и к священной корове – «традиционным ценностям». Историки спорят, сколько у него было жен – шесть или семь. Венчанными, впрочем, все равно были только трое, а для того, чтобы получить согласие на недозволенное церковным законом четвертое венчание, царь согнул церковный собор и получил персональное разрешение от него. Трех жен насильно постриг в монахини—дабы избавиться от них для новых браков. Сватался к родственнице британской королевы – в то время, как сам был женат.

Впрочем, наложницы и жены – только верхушка сексуальных подвигов русского Казановы. Царь хвастал иностранцам «тем, что растлил тысячу дев и тем, что тысячи его детей были лишены им жизни» — приказывал убивать новорожденных?  Одним словом, как симпатично высказал ректор МГУ Виктор Садовничий, «время его правления вписано золотыми страницами в историю нашей Родины».

Забавно, что царь Иван, при упоминании которого зажимали нос историки-монархисты, неожиданно стал национальным героем в СССР. Произошло это ровно в тот момент, когда появилась необходимость оправдать расстрелы «традиционными ценностями». Тут-то и выяснилось, что все посаженные Грозным на кол бояре были сплошь троцкистами и двурушниками. О чем весьма убедительно повествовал снятый Сергеем Эйзенштейном фильм.

Ретроспективно понятно, почему Иван Грозный даже в большей степени, чем Сталин, оказался в героях в России Путина – из-за созвучия эпохе. Иосиф Сталин захватывал чужие города, но все-таки не бомбил свои – как Путин город Грозный. Сталин не создавал инфернальные полугосударственные образования, вроде Абхазии, Приднестровья, ЛНР, ДНР — скопированные как будто из пост-апокалиптической компьютерной игры.

Ну и все-таки Сталин создавал: пусть государство-монстра, питающегося человечиной, — но не просто разрушал, как делали это Иван Грозный и Владимир Путин. В результате чего получилось нечто воистину гибридное: тут и попы и красные знамена, памятник Ленину в каждом городе и иконы в каждом госучреждении, освящение ракетоносителей святой водицей под сталинский гимн.

Эйзенштейн был гениальный режиссер, но история создания фильма «Иван Грозный» достаточно известна, и копирайт на идею принадлежит Сталину. Сегодня столь же очевидно, что пусть формальными инициаторами установки памятника Грозному стали министр Владимир Мединский и губернатор Вадим Потомский, сам «памятник нерукотворный» Грозному еще до них воздвигли в Кремле.

Там снова проводят какие-то некромантические опыты и вызывают из саркофагов монстров – чтобы поднять их, как знамена, на какой-то новой войне. А воюют в этой стране, к сожалению, всегда одновременно и с внешним и с внутренним врагом.

Тут самое время вспомнить совет единственного человека, который смог переиграть Ивана Грозного, — князя Андрея Курбского. Курбский не стал дожидаться, пока ему отрубят голову или посадят на кол, и просто эмигрировал. «Если же кто не спасается от жестокого преследования, то сам себе убийца», — доступно объяснил он мотивы своего побега в письме царю. И эти слова, к сожалению, сохраняют актуальность через все четыре с лишним века.

 

 

 

 


Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях