АЙДЕР МУЖДАБАЕВ: У российского общества — рак совести

Айдер Муждабаев

В своем интервью бывший заместитель главного редактора «Московского комсомольца» Айдер Муждабаев рассказывает, почему он эмигрировал в Украину и почему ему легко дышать в Киеве.

— Айдер, в Москве ты занимал высокий пост в ведущей газете «Московский комсомолец», у тебя была возможность помогать людям. Почему ты решил все бросить и уехать в Киев?

— Работа в жизни человека — это не главное. Главное — быть в ладах с самим собой. Я ходил на работу и смотрел на этих моральных уродов, которые ликовали по поводу гибели «укропов». Которые визжали «Крым наш!». Я терпел это целый год, пока меня это не достало. Но я бы все равно уехал, потому что в России бороться за права крымских татар невозможно.

Я сделал свой выбор осознанно — уехал в свободную страну Украину, где живут крымские татары, для того, чтобы вместе бороться против российской агрессии.

К сожалению в России интеллигенция в упор не замечает захваченного её страной народа. Проблема крымских татар никого не волнует, так же, как в свое время в гитлеровской Германии никого не волновали проблемы евреев: «Где-то там далеко есть гетто, тюрьма, но нас это не касается, мы ведь белые!»

Я только сейчас понял, что на самом деле я уехал от расистского общества, от общества, где принято других людей считать низшими. Я счастлив, что уехал, потому что в Украине так не принято. Здесь нормально относятся к русским, хотя и плохо относятся к России как сообществу, но никто не относится к россиянам как к низшим. Здесь даже врага не принято считать низшим.

Проблема в том, что в России к Украине отношение как к провинции, которая говорит на немножко испорченном русском. Это отношение не только со стороны власти, но и со стороны общества, в том числе интеллигенции. Это отношение мне чуждо.

Эмпатия к проблемам крымскотатарского народа есть в основном у простых людей. В Facebook можно увидеть аватарки с крымскотатарской символикой и слова поддержки этому народу. У известных людей я этого почти не вижу.

Например, по Авдеевке «Градами» фигачат из Донецка, «Грады» — это штатное вооружение российской армии. Но реакции со стороны российского общества нет. Один российский журналист сказал моей украинской коллеге: «Мы отстранились от крымской и украинской проблем».

Я думаю аналогичные процессы происходили в гитлеровской Германии, когда положение евреев все ухудшалось, потом начались аннексии, но интеллигентные немцы от всего этого отстранялись.

Российское общество считает, что ничего не может изменить, оно окукливается и замыкается на себе. Я называю это явление «московским синдромом» по аналогии со Стокгольмским синдромом. Это новое явление в истории человечества. Когда геноцид целого народа происходит с молчаливого согласия общества в условиях информационный осведомлённости.

В отличие от нацистской Германии и сталинского Советского Союза сейчас огромное количество информации. Мне казалось, что сложнее окуклиться, когда внешний мир проникает к тебе из разных источников.

Но оказалось что человек, имея всю информацию, имея возможность её получать, тем не менее замыкается на себе и более того — начинает быть агрессивным к людям, которым его же страна приносит несчастье. Он прячется от чужой боли.

Вот это новая степень лицемерия, в мире, где все лежит на поверхности, меня удивляла по началу. Теперь не удивляет. Я понял, что механизмы работают одинаково во всех тоталитарных режимах, связанных с ненавистью к внешним и внутренним врагам.

— Это мироощущение было у тебя раньше, когда ты жил в России и делал карьеру в федеральной газете, или оно появилось только после Крыма, агрессии против Украины?

— Я это чувствовал раньше, я — крымский татарин. Но раньше это были эпизоды, которые не сильно влияли на жизнь. Имперский шовинизм в спящем режиме был немного хуже, чем анекдоты. Но когда эта ксенофобия, отношение к другим как к второсортным, становятся трендом в государстве и обществе, это уже страшно.

И с этим очень тяжело жить, когда эти люди побеждают, когда они в большинстве и диктуют правила. Раньше я мог таких просто послать: «Да ну вас к черту! Кто вы такие? Идиоты!». А сейчас они диктуют общественные настроения и в их русле идёт большинство. В такой атмосфере невозможно нормально жить. И я считаю, что если есть возможность, то лучше не жить в этом. Поэтому я очень доволен, что уехал. Большое счастье не жить сейчас в России.

Я встречаюсь здесь в Киеве с украинцами и мне с ними разговаривать легко, дышать легко. Для нас очевидно, что происходящее с Россией и российским обществом очень печально.

— А что, по-твоему, конкретно происходит с Россией и когда это началось?

А: Я считаю что мы живём в чеченской войне. То есть то, что сейчас происходит с Россией, началось с чеченской войны, которую начал ещё Ельцин. Но особенно, конечно, со второй войны. Тогда у пропаганды получилось добиться отстранения общества от проблемы, тоже самое происходит сейчас с Крымом. Пропаганде удалось создать образ врага. Это началось тогда — а сейчас уже работает на автомате против украинцев и любого другого народа. Людей научили быть равнодушными, не сочувствовать. Эта холодность, этот бесчувственный растительный образ жизни расцвёл сейчас диким цветом. Часть этого образа жизни — коллективные вои и обвинения украинцев.

У российского общества — рак совести! Если есть у человека клетки, которые отвечают за совесть, то теперь у россиян они не отвечают за то, чтобы соизмерять свои действия с моралью, а находить оправдание своему бездействию и молчанию. Люди встраиваются в систему российского рейха с чёткими идеологемами, где есть вождь и есть партия. Мне кажется, что это необратимый процесс. Изменить ситуацию можно не только сменив режим, но поменяв сам образ имперско-шовинистского мышления, как это произошло в Германии после сокрушительного поражения.

— Как ты считаешь, возможно ли изменить ситуацию в России изнутри?

— На данном этапе я не вижу в России ни базиса, ни надстройки для каких-либо революций. Нет большого количества активных россиян, готовых выходить на улицу, как это было в Украине во время Майдана. «Сейчас в нашей «российской Германии» 36-й год, все отлично, да есть небольшие проблемы, мы тут немножко аннексировали. Да нас многие не любят и у нас кругом враги».

Для того, что бы поменять ситуацию изнутри, российское общество должно измениться и российская оппозиция должна стать другой. Сейчас у людей сбиты моральные ценности. Проблема в том, что в глубине души многие россияне считают аннексирование Крыма нормальным. Вот взять к примеру уважаемого человека Михаила Борисовича Ходорковского, отсидевшего в тюрьме. Ведь у него абсолютно имперские рассуждения! Что с этим можно сделать?

— Айдер, что ты сейчас делаешь для того чтобы помочь крымским татарам?

— У нас крымскотатарский телеканал АТР, наши новости выходят на трёх языках — крымскотатарском, русском и украинском. Мы информируем весь мир о ситуации с крымскими татарами, пишем об этом, снимаем об этом, помогаем политическим заключённым в Крыму.

Наш телеканал был запрещен в Крыму после аннексии и сейчас базируется в Украине.

Крымские татары сумели за три года сделать в Крыму телевидение такого качества, которое до этого там никому и не снилось. Мы планируем расширять вещание и освещать не только крымскотатарские, но и украинские темы. Также у нас есть сайт, и часть информации мы переводим на английский. Есть радио, которое пока вещает в Интернете, но скоро будет вещать напрямую в Крым с вышки на перешейке.

Сейчас каждый из нас, кто хочет реально помочь крымским татарам, делает что может.

Помимо работы информационной (ТВ, радио) есть гражданская активность по организации блокады. Люди дежурят круглые сутки, чтобы прекратить позорную торговлю между Украиной и страной-оккупантом. Прекратили схему, на которой наживались украинские предприниматели и оккупационные власти.

— А ты не жалеешь, что так долго работал в МК, в пропагандистской машине Хунты и раньше не стал журналистом крымскотатарского ТВ?

— Я ни о чем не жалею, это вообще глупо — жалеть. «МК» стал совсем пропагандистской газетой только сейчас. Мне за мою работу в «МК» вообще не стыдно. Я бился за то, чтобы газета всегда правду говорила. Чтобы, к примеру, писали о движении в защиту Химкинского леса.

Я считаю, что делал все правильно — ни в какой пропаганде не участвовал и боролся с ней, пока мог.

Сейчас моё место на крымскотатарском телевидении. Моя задача рассказывать правду о том, что происходит, как относится Россия к крымским татарам. Мы бежали от такого отношения всю свою историю, начиная с первой аннексии Крыма при Екатерине II. И опять нас это накрыло.

Российская власть нас презирает, не считает народом. Крымские татары настрадались и от Советского Союза, и от путинской России, которая является ещё худшей копией СССР.

— Как ведёт себя российская власть в Крыму?

— Власти полностью пытаются подавить любое сопротивление. Они атомизируют людей. Сейчас судят тех, которые просто приходили к крымским татарам в момент ареста. То есть нельзя даже подойти к двери соседа, когда его арестовывают!

В отношении к крымским татарам применяется тактика террора, похитили 20 человек. Люди пропадают навсегда из Крыма, из которого вообще выхода нет — это полуостров с узким перешейком, где все контролируется ФСБ. Это — стопроцентный нацизм.

Люди в Крыму устали бояться, невозможно все время жить в унижении. Крымские татары не из тех людей, которые будут встраиваться в ужасную систему. Да, есть какие-то коллаборанты, но их процент очень не значительный и в крымскотатарской среде их презирают.

— А возможно самоорганизоваться крымским татарам и ответить на территории Крыма или им надо уехать, как тебе?

— У нас мирное сопротивление без оружия. Все эти дела про терроризм в отношении крымских татар — нелепость.

Российская власть пытается в Крыму устроить такой же террор, который они до этого устраивали на Кавказе. Но здесь это просто фарс, хотя бы потому, что на Кавказе у людей было оружие, там реально взрывали и убивали. Сейчас борьбу с терроризмом переносят на территорию, где у людей никогда не было оружия.

В начале аннексии крымские татары попросили украинские власти раздать оружие из военкомата. И если бы оружие дали, то наверняка люди защищались бы с оружием в руках. Но этого не произошло, и сейчас в Крыму ФСБ контролирует все, прослушивает телефонные переговоры, на это тратятся огромные деньги.

ФСБ заставляет людей жить в страхе своими посадками, похищениями, зверскими убийствами. Это напоминает фильмы о еврейских гетто, когда идут с работы евреи, вдруг немецкий патруль останавливает их, выводит одного случайного человека и убивает его. И людей парализует страх.

В Крыму создаётся атмосфера абсолютной беззащитности и случайности репрессий. Крымско-татарский народ выбран в жертву.

Власти действуют подло, арестовывают, например, 7 крымских татар и одного их товарища — не крымского татарина. Пытаются показать, что национальных репрессий в Крыму нет — «вот, смотрите, мы ещё украинца арестовали, а вот русский, пожалуйста». То есть страдают совершенно невинные люди просто за близость к крымским татарам.

Если посмотреть на 30 арестованных крымских татар, то окажется, что это люди из разных социальных и возрастных групп, в том числе насколько человек из Меджлиса — крымскотатарского органа местного самоуправления. Все арестованные — мужчины. Это сделано специально, что бы приплести исламизм и терроризм.

После таких арестов у людей возникает иррациональный страх, потому что любой человек может себя представить на месте арестованных или пропавших без вести.

Первой жертвой в Крыму стал крымский татарин — Решат Аметов. Он вышел протестовать против «зелёных человечков», его загрузили в машину члены так называемой «самообороны» — боевики, которых наняла и содержит российская власть, чтобы самим руки не марать.

Перед смертью Решата пытали самыми зверскими средневековыми методами — выкалывали, вырезали, а потом закопали на окраине крымскотатарского посёлка, чтобы рука и голова торчали из земли. Это было сделано специально, чтобы его быстро нашли и поняли, что любого могут похитить и убить. Ни одно преступление против крымских татар не раскрыто.

— Есть какая-то реакция со стороны запада на эти преступления?

— Да конечно, есть. В прошлом году в феврале Европарламент принял резолюцию о признании репрессий против крымских татар. ПАСЕ так же приняла несколько резолюций. Глава Меджлиса Мустафа Джемилев выступает везде, где может, объездил все европейские страны, выступал в Европарламенте. Мы планируем создавать списки людей, повинных в репрессиях против крымских-татар.

Думаю, что со временем Путин наделает столько преступлений, что это не даст ему взаимодействовать даже с Трампом. Не сможет мир, даже в лице странных политиков, спокойно взирать на кошмарные действия России.

Да, нас мало, мы-небольшой народ, но из этих камней мы выстроим себе фундамент и обязательно победим несправедливость!

(Полная версия интервью — Activatica.org)

Новая Хроника текущих событий в Twitter -- iXponika
Новая Хроника текущих событий в Facebook
Новая Хроника текущих событий ВКонтакте

Новая Хроника текущих событий на 100% волонтерский проект, не получающий никакого финансирования из внешних источников. Поддержите издание – ваша помощь очень нужна проекту! Спасибо!


Поделиться в соцсетях