Архив рубрики: СУДЫ

Прокурор потребовала 3 года условно для оппозиционера Антона Подчасова

Антон Подчасов
Антон Подчасов

Для обвиняемого в репосте «Русофобии поста» барнаульского оппозиционера Антона Подчасова прокурор попросила три года условного срока с лишением права заниматься деятельностью, связанной с работой в избирательной комиссии, сроком на три года. Об этом сообщает Каспаров.Ru со ссылкой на самого Подчасова.

Также обвинитель попросила назначить активисту условно-испытательный срок на четыре года с возложением на условно осужденного дополнительной обязанности в виде явки на регистрацию один раз в месяц в орган, осуществляющий исправление условно осужденного, и не менять постоянного места жительства.

Также она потребовала конфисковать ноутбук, а процессуальные издержки взыскать с осужденного.

Приговор по делу будет оглашен судом Ленинского района города Барнаула 13 июля.

Отметим, что Подчасов является членом участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса. Ранее прокурор потребовала проверить активиста на вменяемость, мотивировав свою просьбу тем, что он пытался устранять нарушения на выборах, не будучи юристом, судил об истории, не будучи историком, и не согласился с лингвистической экспертизой по делу.

Активист был возмущен таким требованием. Подчасов был признан полностью вменяемым.

Напомним, поводом для возбуждения дела стал репост на странице оппозиционера в социальной сети «ВКонтакте» анонимной записи под названием «Русофобии пост». Текст посвящен агрессивной реакции значительной части россиян на Майдан и «захватническим» настроениям. Анонимный автор крайне резко высказался о моральных качествах тех, кто поддержал разгон Майдана, и призвал украинцев в случае победы революции лишать «русню» гражданства, «как в Прибалтике».

Начался суд над Эдемом Османовым в Крыму

Эдем Османов
Эдем Османов

7 июля в городском суде г. Армянск (Крым) началось рассмотрение дела крымско-татарского активиста Эдема Османова, обвиняемого по ч.1 ст. 318 (применение насилия в отношении представителя власти) по так называемому «Делу 3 мая».

В тот день 2014 года группа крымских татар выехала на границу с Украиной для встречи лидера крымско-татарского народа Мустафы Джемилева.  Джемилеву было запрещено пересекать границу, и встреча закончилась потасовкой с сотрудниками полиции.

Суд над экоактивистами в Воронежской области

Юрий Житенев и Михаил Безменский в суде  (фото КомменсантЪ)
Юрий Житенев и Михаил Безменский в суде
(фото КомменсантЪ)

7 июля Новоусманский райсуд Воронежской области начал рассмотрение по существу уголовного дела в отношении экоактивистов Михаила Безменского и Игоря Житенева.

По информации газеты КоммерсантЪ, экологическому активисту Михаилу Безменскому и главе национальной культурной автономии казаков Новохоперского района Воронежской области Игорю Житеневу вменяется вымогательство в особо крупном размере (ст. 163 УК РФ). По версии обвинения, начальник службы безопасности Уральской горно-металлургической компании (УГМК) Юрий Немчинов вел переговоры с Михаилом Безменским и передавал ему наличные.

По словам Немчинова, с обвиняемыми как «лидерами протеста» он познакомился в 2013 году через местную общественницу Нину Беляеву, с помощью которой изучал бывшие тогда на пике протесты против действий УГМК в регионе. Свидетель рассказал, что обвиняемый Безменский показывал ему свои фото с другими активистами и утверждал, что может заставить тех отказаться от протеста. Поэтому, как сообщил Немчинов, компания и начала платить Михаилу Безменскому.

Суммарно УГМК передала ему 24 млн руб. Часть из них была потрачена на «подарок на день рождения», который потребовал активист, — автомобиль AudiQ7. По словам Юрия Немчинова, заявление в полицию было написано после того, как Михаил Безменский потребовал 15 млн руб.: якобы 7 млн из них он требовал для себя, еще 7 млн — для Игоря Житенева и еще 1 млн — для активистки Нелли Рудченко. Юрий Немчинов утверждает, что Михаил Безменский настойчиво и постоянно требовал деньги через SMS.

Обвиняемый Безменский был задержан в ноябре 2013 году, после того как Юрий Немчинов положил в багажник AudiQ7 пакет с 15 млн руб. наличными. Игорь Житенев был задержан через несколько часов: оперативники использовали Михаила Безменского как приманку — он приехал к казаку домой с деньгами, а оперативники зафиксировали их передачу. С тех пор они находятся под стражей. Полицейское следствие меняло фабулу обвинения — с вымогательства на более мягкое мошенничество (ст. 159 УК РФ) и обратно. Дважды обвинительное заключение не устраивало Генпрокуратуру, и отправлялось на доследование.

Оба обвиняемых вчера отрицали свою вину. Михаил Безменский заявил, что изложенная фабула дела не соответствует фактическим обстоятельствам, а Игорь Житенев назвал происходящее «издевательством над простым человеком». Активист Безменский настаивает, что УГМК наняла его для усмирения протестов, а полученные им деньги — плата за работу. Игорь Житенев вообще отрицает свою причастность к конфликтам.

Слушания по делу Александра Бывшева закончены

Александр Бывшев
Александр Бывшев

В Кромском суде Орловской области закончились слушания по делу поэта Алексндра Бывшева.  Учитель и поэт Александр Бывшев обвиняется по ст.282 УК («возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства») за публикацию стихотворений, посвященных революции в Украине.  Еще до суда Бывшев был уволен с работы, внесен в список экстремистов и  террористов, его банковский счет заблокирован.  Приговор по делу будет оглашен 13 июля.  Прокурор потребовал для бывшего учителя полгода исправительных работ и запрета на профессию.

Полный текст последнего слова Александра Бывшева в суде

Последнее слово Александра Бывшева в суде

Александр Бывшев в суде
Александр Бывшев в суде (фото Юрий Тимофеев/Грани.ру)

Кромской районный суд Орловской области, 7 июля 2015 года

Если рассматривать последнее слово поэта на суде как некое литературное произведение, то для сегодняшнего своего выступления в качестве эпиграфа я бы взял слова классика мировой литературы Джорджа Оруэлла: «Во времена всеобщей лжи говорить правду — это экстремизм». Точнее не скажешь.

Меня в последнее время часто спрашивают (кто-то с сочувствием, но больше с нескрываемым злорадством и некоторые даже c ненавистью): «Ну, чего ты добился своей правдой? Завели уголовные дела, выгнали из школы. Тебе это было надо?»

Да, не скрою, мне сейчас очень трудно: в течение уже более года против меня идет настоящая травля, я получил огромное количество угроз, на меня вылиты и продолжают выливаться ушаты отборных помоев и оскорблений. Из угроз, получаемых мною в соцсетях, можно составить уже объемистый том. В родном поселке я стал фактически изгоем и нахожусь в положении персоны нон грата. Официальные российские власти внесли меня в черный список действующих экстремистов и террористов России. Я дружно предан остракизму в своем педагогическом коллективе. Все это так. И тем не менее я без малейшего колебания отвечаю: «Я ни о чем не жалею и готов повторить каждое написанное слово из стихотворения, за которое меня сейчас судят. Я поступил по совести, как мне подсказывали мои убеждения». А за свои убеждения надо идти до конца.

Я для себя уже давно принял в качестве жизненного кредо призыв Солженицына «жить не по лжи» и старался всегда ему следовать. И своих школьников на протяжении 20 лет я учил никогда не лгать. И грош была бы мне цена, если бы я других призывал говорить правду, а сам, когда вдруг дело коснулось меня, начал кривить душой, изворачиваться, трусливо каяться, отрекаться от сказанного или написанного, менять свою позицию в угоду сиюминутной политической конъюнктуре. Считаю, что это было бы нечестно и просто подло с моей стороны. Жизнь решила проверить меня на прочность и твердость моих взглядов. Сегодня я сдаю своего рода экзамен на зрелость, на подлинное звание человека.

Данный уголовный процесс считаю абсолютно политическим. Совершенно очевидно, что меня преследуют за мои взгляды и мою публично выраженную позицию, которая резко расходится с мнением большинства в нашей стране или (как сказали бы раньше) с «генеральной линией партии и правительства». Кстати, я никогда и не скрывал своих оппозиционных взглядов и постоянно их высказывал, в том числе и в прессе. Цель данного суда надо мной мне предельна ясна — устроить показательную порку человеку, посмевшему иметь свою альтернативную точку зрения, не побоявшемуся ее обнародовать и таким образом бросившему дерзкий вызов покорному большинству людей, привыкших жить не по указке совести, а по указанию начальства. На моем примере власть хочет наглядно всем продемонстрировать, что ожидает того, кто решится идти не в ногу со всеми и попытается сомневаться в правильности шагов государства, гражданином которого он является.

Теперь относительно самого обвинительного заключения. Весь этот, с позволения сказать, «документ» (на 40 листах!) выдержан в лучших традициях сталинского правосудия 30-х годов. Читаю его и диву даюсь: «Реализуя свой преступный умысел, Бывшев Александр Михайлович, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, разместил на своей персональной странице в социальной сети «Вконтакте» стихотворение собственного сочинения под названием «Украинским патриотам»…» Ну и так далее.

В общем, Бен Ладен отдыхает — все шахиды завидуют такой неслыханной моей дерзости! Просто камикадзе какой-то.

А ведь все мое «преступление» состоит только в том, что я назвал вещи своими именами: что брать чужое — нехорошо, нарушать международные договоренности — недопустимо и аморально; что люди, с оружием в руках направляющиеся в другую страну убивать ее граждан, являются военными преступниками, бандитами и оккупантами; что Украина, как и любое государство мира, имеет полное право защищать свою территориальную целостность и суверенитет всеми доступными способами, в том числе вооруженным сопротивлением. Где же здесь экстремизм, разжигание вражды между народами, пропаганда превосходства одной нации над другой?

Что касается экспертов, на мнении которых основывается обвинение против меня, то я бы поставил под сомнение их выводы ввиду их явной политической ангажированности и необъективности. Так, к примеру, сотрудники центра при УМВД России были по роду своей службы заинтересованы найти в моих стихах экстремизм. По-моему, здесь все настолько очевидно, что не стоит дальше и комментировать. Заключение госпожи я бы тоже не стал рассматривать как истину в последней инстанции, поскольку суд располагает экспертным заключением куда более опытных и квалифицированных специалистов из ГЛЭДИС (специалисты из Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам не нашли в стихах Бывшева признаков экстремизма. — iXTC.).

Хотел бы обратить внимание, Ваша честь, на несколько весьма важных моментов, которые почему-то не попали в поле зрения суда.

Уважаемый заместитель прокурора, потребовавший на прошлом заседании для меня запрета на профессию, в качестве главного аргумента сослался на показания нескольких шестиклассников, которые якобы слышали от меня во время урока резкие мои высказывания в адрес высших руководителей России и критику политики Кремля. Во-первых, ситуация обсуждения с шестиклассниками на занятиях в школе каких-либо политических вопросов сама по себе анекдотична и неправдоподобна. Но даже если предположить, что подобный факт все-таки имел место, то сразу возникают следующие вопросы. Данного рода разговоры на посторонние темы на уроке обязательно привлекли бы внимание учащихся и наверняка стали бы известны их родителям, классному руководителю, друзьям по школе. Такие отклонения от учебного процесса непременно стали бы достоянием гласности. Это утаить невозможно. Тем более что дети — народ очень непосредственный.

Почему этого не произошло и мое «антипедагогическое поведение» не стало предметом строгого разбирательства школьной администрации и моего трудового коллектива? Наоборот, и сам директор, и завучи, и заведующий РОНО признались, что никогда не поступало на меня никаких жалоб и сигналов ни от кого по поводу грубейшего нарушения школьного устава и педагогической этики. Я до самого последнего времени постоянно получал почетные грамоты и поощрения. И только после возбуждения против меня одного за одним уголовных дел «вдруг» стали находиться так называемые свидетели и начала открываться картина моего «неприглядного поведения». Вам не кажется это странным? Очень странным мне представляется и тот факт, что те несколько шестиклассников смогли с точностью до слова «вспомнить», что я им якобы говорил за полгода до этого. Причем показания у них у всех абсолютно идентичны, как под копирку. И еще. А почему другие учащиеся не вспомнили, пусть не буквально мои слова, но хотя бы сам факт подобных высказываний с моей стороны? Кстати, все мы были свидетелями путаницы в показаниях этих школьников и нестыковок в ходе их допроса.

Не могу не обратить ваше внимание на то, что, по словам одного из завучей, которая присутствовала в ходе бесед со школьниками, некоторые вопросы помощника прокурора ей показались явно наводящими. (Можете открыть материалы протоколов и убедиться в этом.)

Представитель стороны обвинения ссылается также на показания моих коллег, практически единодушно осудивших меня как антипатриота, русофоба, врага России и т.д.

Разве мало было в нашей отечественной истории случаев, когда вот так же в едином порыве дружно клеймились люди, чьи взгляды и высказывания расходились с мнением «подавляющего большинства»? Если брать совсем недавнее прошлое, то на ум сразу приходят фамилии Пастернака, Солженицына, Бродского, Сахарова. Их тоже гневно осуждали в трудовых коллективах, бичевали коллеги, земляки. И что доказывает массовое осуждение их как «отщепенцев, предателей, космополитов, изменников Родины»? Да ровным счетом ничего!

Здесь звучали ссылки на 43 свидетелей обвинения, среди которых основная масса — это мои коллеги-учителя. Это те самые свидетели, один из которых говорил о миллионах, по его сведениям, полученных мною от какой-то «братии», и заверял суд, что читал все мои «экстремистские стихи» (в том числе и на украинском языке) в нашей местной районной газете. Это те самые свидетели, которые утверждали, что «в данном стихотворении Бывшев Александр Михайлович выступал за Украину и в жесткой форме критиковал Россию и действующую власть». Страшное преступление, не правда ли? «Прославлял нацистскую политику Украины», выступает с призывами «к уничтожению граждан России насильственным путем». Интересно, что эта обязательная фраза чуть ли не у каждого из «свидетелей» повторяется слово в слово!

Это те самые свидетели, которые пришли к выводу, что «Бывшев призывает к уничтожению и истреблению русского народа», «призывает к агрессии против России» и даже — «в данном стихотворении имеются явные террористические призывы». (Такое впечатление, что они мои стихи спутали с «Майн Кампф» Гитлера.)

И я хочу теперь спросить всех вас: можно ли всерьез опираться на подобные «показания»? Смеяться здесь или плакать? Воистину, это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Между прочим, учитель русского языка и литературы Кромской школы громко требовал «запретить Бывшеву общаться со СМИ, поскольку он в своих интервью будет рассказывать про нас». Одного я не пойму: если мои уважаемые коллеги все делают по совести, исключительно в соответствии с твердыми убеждениями, то чего они так опасаются огласки? Это, кстати, к вопросу об их искренности.

Не могу не сказать и о вопиющих грубейших нарушениях, с которыми я столкнулся в ходе разбирательств по моему делу. Так, на многих судебных заседаниях в ходе допроса свидетелей постоянно поднималась тема памятного майского педсовета в прошлом году, когда коллеги-учителя пригвоздили меня к позорному столбу. Хочу внести в этот вопрос полную ясность и расставить, наконец, все точки над i.

Педсовет был посвящен лично мне, поскольку на нем разбиралось мое персональное дело. Поэтому я, в отличие от многих своих сослуживцев, отлично помню, как все было на самом деле.

Данное мероприятие проводилось по инициативе Кромской прокуратуры в присутствии помощника прокурора госпожи Гавриловой. Она сразу же задала тон этому заседанию, куда были приглашены все члены школьного коллектива под расписку, и недвусмысленно заявила, что учителя обязаны вынести Бывшеву А.М. взыскание. После обсуждения и выступления коллег коллектив проголосовал за вынесение мне замечания. Но на следующий день утром директор школы вручила мне приказ об объявлении мне уже выговора. На мое недоумение она честно заявила, что в прокуратуре остались недовольны столь мягким наказанием и потребовали объявить мне выговор. На администрацию школы оказывалось беспрецедентное давление. Неделя, которая предшествовала моему отстранению от должности, была очень странной: утром мне вручают приказ об отстранении, а вечером звонят — забудьте этот приказ, мы его аннулируем, приходите опять в школу и спокойно работайте. И вот так несколько раз было.

А чтобы показать, чего стоят все эти гневные осуждения «возмущенных граждан», я здесь приведу такой факт. Один мой хороший знакомый поведал мне по телефону совершенно потрясающую историю. Его начальница, кстати, заслуженный работник культуры РФ, вызывала его «на ковер» и в открытую заявила, что если еще раз нас увидят вместе, разговаривающими о чем-либо, то у него будут большие неприятности на работе. По его словам, был ему учинен настоящий допрос на тему «о чем мы там разговаривали». Вот до какого позорища и мракобесия у нас здесь все дошло.

И последнее. Представитель обвинения потребовал от суда конфисковать мой ноутбук как главное орудие преступления и передать его безвозмездно в пользу государства. Неужели здесь кто-то всерьез рассчитывает, что вот таким способом можно заставить меня прекратить заниматься литературной деятельностью? Уверяю вас: я оставляю за собой право писать, говорить и публиковать то, что подсказывает моя совесть.

Одно меня радует: за весь год, когда шло разбирательство по моему делу, никто так до сих пор не представил мне ни одного доказательства, что я солгал, наклеветал, передернул факты или их исказил. То есть объективно выходит, что меня судят за правду. Все это время ведущееся против меня уголовное преследование, те унижения, которые мне приходится испытать, то озлобление, которое я порой встречаю со стороны некоторых моих соотечественников, только еще больше убедили меня в моей правоте.

Я вполне понимаю, как трудно «плыть против течения», не быть в общей массе. Но ведь должен же кто-то не поддаваться массовому гипнозу и коллективному помешательству.

Я выражал и выражаю свою гражданскую позицию без оглядки на все эти запредельные проценты единодушной поддержки власти и дружного «одобрямса». А принцип «попал в волчью стаю — вой по-волчьи» (столь наглядно продемонстрированный многими моими коллегами в ходе судебных заседаний) считаю глубоко порочным и абсолютно гибельным для России.

Прошу суд при вынесении мне приговора руководствоваться не сиюминутной конъюнктурой и политической целесообразностью, не поддаваться эмоциям и политическим пристрастиям, а действовать исключительно на основе закона, здравого смысла и неоспоримых фактов.

Повторю еще раз: я исполнял свой долг поэта и гражданина и мне не стыдно ни за одно написанное слово. Моя совесть чиста. Мне не в чем оправдываться. Я честный человек и могу открыто смотреть людям в глаза. И пусть нас рассудит история.

И закончить свое выступление мне хочется четверостишием, которое я написал, когда на меня было заведено два уголовных дела, а кампания травли и клеветы достигли своего апогея.

В истории уроках мало прока.
Здесь все у нас идет не по уму:
Сначала на Руси гнобят пророка,
А после ставят памятник ему.

В суде вскрылась подтасовка улик против активиста Сергея Лошкарева

06-1330
Сергей Лошкарев

Как сообщила Экологическая вахта по Северному Кавказу, при рассмотрении дела экологического активиста Сергея Лошкарева в Ростовском областном суде 30 июня обнаружились серьезные нарушения в сборе доказательств против подсудимого и признаки их фальсификации.

Сергей Лошкарев был осужден Новочеркасским городским судом на два года лишения свободы в колонии-поселении за незаконное хранение и ношение оружия (ч.1 ст.222 УК). По утверждению защиты, найденный у него пистолет был Лошкареву подброшен, что нашло свое доказательство при рассмотрении дела в апелляционной инстанции. Так выяснилось, что эксперт-дактилоскопист исследовал предоставленные ему в конвертах отпечатки пальцев, а не сам пистолет, и не может подтвердить, что отпечатки взяты оттуда. Более того, заключение вынесено экспертом шахтинского филиала непонятной организации и заверено печатью «ОВД г. Новочеркасск», которого не существует уже четыре года.

Представитель прокуратуры заявил об обоснованности доводов защиты и попросил снизить Лошкареву назначенное наказание и освободить от его отбывания в связи с амнистией к 70-летию победы в Великой Отечественной войне. Новое слушание дела назначено на 14 июля. Можно с уверенностью прогнозировать, что суд пойдет навстречу единому мнению защиты и обвинения и освободит Лошкарева.  Однако это вряд ли устроит самого Лошкарева, который требует оправдания по всем пунктам обвинениня.

Двое фигурантов «болотного дела» подали жалобу в Конституционный суд

Андрей Барабанов и Алексей Гаскаров
Андрей Барабанов и Алексей Гаскаров

Как сообщают Ведомости, Андрей Барабанов и Алексей Гаскаров, осужденные по Болотному делу, подали жалобу в Конституционный суд.

Они просят признать неконституционными положения Уголовного кодекса, допускающие квалификацию одного и того же преступного события по нескольким статьям, если содержащиеся в них нормы соотносятся между собой как целое и часть.  Они считают, что признаки преступления насилие в отношении представителя власти, уже предусмотрены нормой об участии в массовых беспорядках, которое само по себе считается преступлением более тяжким. В приговоре так и написано: «Приняли участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся насилием, повреждением и уничтожением имущества, а также применением физической силы для попыток прорыва оцепления, состоящего из сотрудников полиции».

По мнению адвоката заявителей, их действия были ошибочно квалифицированы по двум статьям, тогда как признание участия массовых беспорядках должно исключать наказание за насилие в отношении представителя власти.  Таким образом, осужденные были дважды наказаны за одни и те же действия.

Аппеляционный суд над Александром Костенко перенесен

Александр Костенко

Крымский активист Евромайдана Александр Костенко, приговоренный к четырем годам и двум месяцам тюремного заключения, в настоящее время находится в СИЗО Симферополя. Обвиняемый в причинении телесных повреждений сотруднику крымского спецподразделения «Беркут» во время акций протеста в Киеве в феврале прошлого года, он ждет рассмотрения своей апелляционной жалобы в Верховном суде Крыма.

Во вторник, 30 июня, должно было состояться судебное заседание, но его перенесли на 8 июля. Судья принял во внимание то обстоятельство, что стороне защиты не были вручены возражения прокурора на апелляционную жалобу, а также то, что Костенко был извещен о дате судебного заседания за три дня вместо положенных семи.

Как сообщает адвокат Костенко Дмитрий Сотников, у Александра сейчас есть жалобы на спину, до этого у него очень болела рука, видимо, из-за этого боль в спине чувствовалась меньше. Сейчас он полагает, что спина была повреждена во время его задержания. Что касается руки, то она до сих пор не сгибается, необходимо ее разрабатывать, требуется регулярная терапия, массаж. Естественно, условий для этого нет.

После неоднократных жалоб Костенко на условия содержания в СИЗО они изменились в лучшую сторону. Каждый вечер его заставляют писать что-то вроде заявления или докладной на имя начальника СИЗО, что никаких претензий к нему нет, его там никто не бил, не пытал.

​Подроблее на сайте Радио Свобода Крым.Реалии

Суд применил амнистию к главе «Комитета солдатских матерей Прикумья» Людмиле Богатенковой

Людмила Богатенкова

Как сообщает Интерфакс, руководитель «Комитета солдатских матерей Прикумья» Людмила Богатенкова была амнистирована Буденновским городским судом Ставропольского края.

Суд оправдал 73-летнюю главу «Комитета солдатских матерей Прикумья» Людмилу Богатенкову по части обвинений,  по остальным она была амнистирована.

Богатенкова обвинялась в мошенничестве по заявлению матери заключенного, которой Богатенкова, якобы, обещала за деньги содействовать освобождению того от уголовной ответственности. В суде первоначальное обвинение по ч.3 ст. 159 УК РФ (мошенничество) с Богатенковой было снято, по менее серьезной ч.2 той же статьи она была признана виновной, но амнистирована.

Ранее гособвинение просило приговорить обвиняемую к 2,5 годам условно с испытательным сроком 3 года.

Богатенкова находилась под подпиской о невыезде.

Прокурор потребовал для Бывшева полгода исправительных работ

Александр Бывшев

В прениях сторон по делу поэта Александра Бывшева, прошедших в Кромском райсуде Орловской области, обвинитель — заместитель районного прокурора Краснов — потребовал для подсудимого полгода исправительных работ. Об этом сообщил «Граням» сам Бывшев.

Также Краснов попросил конфисковать в пользу государства компьютерную технику подсудимого и запретить Бывшеву, по профессии педагогу, работать в школе. «По его словам, учителя должны воспитывать школьников в духе патриотизма, любви и уважения к руководству страны, а не критиковать решения высшей российской власти и лично Путина и Медведева», — рассказал поэт.

Читать полностью Грани.ру