Архив рубрики: ПРАВОЗАЩИТА

Зоя СВЕТОВА: Политическое милосердие

На что надеется гражданин России, впервые оказавшийся за решеткой и считающий себя невиновным? Как ни странно, многие из тех, кто без вины попадают, что называется, «в жернова», надеются, что «суд разберется». Когда примерно через год выясняется, что «суд не разобрался» и человека осуждают, то имярек продолжает надеяться на пересмотр дела в вышестоящей инстанции. Когда вышестоящая «засиливает» приговор, надежды обращаются к УДО, условно-досрочному освобождению, или к президенту России с его исключительным правом на помилование.

Получить УДО в последние годы более чем реалистично. УДО все-таки могут дать и за «хорошее поведение», и за «ударный труд». В конце концов, в некоторых регионах его можно просто купить, проплатив и колонии, и суду, но помилование все-таки купить нельзя. Если кто-то за него что-то, условно говоря, «платит», то речь идет не о рублях или валюте. Как показывает практика, власть прагматично использует свое право на помилование, но к этому средству президент прибегает редко, как говорится, «дозированно».

Вообще в стране, в которой практически не существует правосудия, институт помилования – кажется, самый неработающий с точки зрения закона и правил институт. Иногда абсолютно невозможно понять, по каким критериям президент России милует того или иного осужденного, используя свое право на милосердие, закрепленное в Конституции. Можно заметить только, что Владимир Путин никогда не милует осужденных за умышленные убийства и за приобретение и сбыт наркотиков. В России за решеткой находятся более 600 тысяч арестантов; по статистике, около 20% приговоров – судебные ошибки, а ежегодное число указов о помиловании исчисляется единицами.
Читать далее Зоя СВЕТОВА: Политическое милосердие

Игорь ЯКОВЕНКО: Герои путинского времени

Александр Туровский в Институте Склифософского

Режим, который построил Путин, обладает свойствами фильтра, который пропускает наверх социальной пирамиды и во власть только отбросы. Исключений практически нет, фильтр работает безотказно. История с волонтером московского штаба Навального Александром Туровским наглядно показала тех, кто проходит этот фильтр. Крупным планом.

Вот командир отделения Росгвардии лейтенант полиции Михаил Глуховский. Во главе отделения ворвался ночью в штаб, увидел одинокого парня, потребовал предъявить паспорт. Парень замешкался, пытался что-то спросить. Гвардейцы во главе с  лейтенантом Глуховским сумели героически повалить волонтера на пол и нанесли ему несколько ударов по голове. Как потом написал нацгвардеец Глуховский, это он «применил приемы боевого самбо». Парню стало плохо и его отвезли в НИИ Склифософского. И тут на сцену выходит второй из героев этой истории, только что назначенный директор НИИ Скорой помощи им. Склифософского С.С.Петриков.
Читать далее Игорь ЯКОВЕНКО: Герои путинского времени

Наталия ГЕВОРКЯН: Сильнее президента

Представьте себе, что избранный в 2000 году президентом Владимир Путин писал бы в твиттере, если бы таковой тогда был. Например, такое: «Я слышал, как телеканал НТВ плохо обо мне говорил в шоу Евгения Киселева. Я больше этот канал не смотрю. А Миткова с ее низким IQ ко мне приходила, истекая кровью после очередной подтяжки лица, но я не дал ей интервью». Или такое: «Это не СМИ, а ФСМИ – фейковые средства массовой информации. «Коммерсант» и «Ведомости» – это ФСМИ».

Или, например, пресс-секретарь нового российского президента не давал бы задать вопрос представителям этих СМИ, аккредитованным в кремлевском пуле. А СМИ при этом продолжали бы работать в прежнем режиме. Иногда лажали и приносили бы извинения читателям, и даже увольняли журналистов, допустивших серьезные ошибки, но продолжали работать в обычном режиме, публиковали секретные доклады спецслужб, критиковали президента и его команду, выпускали дико смешные юмористические программы, героем которых часто становился президент.

Короче, представьте себе, что российские СМИ с приходом Путина отрывались бы (более или менее качественно) в его адрес каждый день, а он плевался бы на них в твиттере, обзывал и даже постил видео, как бьет морду условным фейковые новостям.
Читать далее Наталия ГЕВОРКЯН: Сильнее президента

ИГОРЬ ЯКОВЕНКО: Какая библиотека, если нет Украины?

Наталья Шарина в суде

Решение, которое судья Мещанского суда Москвы Елена Гудошникова огласила 5.06.2017 в отношении бывшего директора Библиотеки украинской литературы Натальи Шариной, было предсказуемым, закономерным и даже по-своему логичным. Как и в целом решение по поводу уничтожения Библиотеки украинской литературы в Москве, фонды которой правительство Москвы еще 20.09.2016 передало Центру славянской культуры.

Дело Натальи Шариной, безусловно, политическое, поэтому судить ее доверили человеку проверенному и надежному. Судья Елена Александровна Гудошникова прошла проверку: судила художника-акциониста Павленского и тогда все сделала правильно, признав его виновным. Доказала, что умеет распознавать врагов народа по запаху. Вот и теперь, судья Гудошникова, едва войдя в зал заседания, сразу поняла, что перед ней враг.
Читать далее ИГОРЬ ЯКОВЕНКО: Какая библиотека, если нет Украины?

Егор СЕДОВ: Презумпция недоверия

Задержание полицией 10-летнего Оскара Миронова

Что такое «презумпция невиновности», всем известно, рассказывать не надо. Как этот принцип соблюдается в РФ (например, к задержанным 26 марта), тоже объяснять не требуется.

Но вот про «презумпцию доверия» в отношении сотрудников МВД сказать кое-что придется. Раз уж про нее говорят с высоких трибун.

МВД потребовало ввести «презумпцию доверия» к сотрудникам полиции России. Об этом заявил заместитель министра МВД Игорь Зубов на заседании комитета Совета Федерации по обороне и безопасности 1 июня, сообщает агентство «Интерфакс».

Зубов отметил, что «презумпция доверия» подразумевает, что действия полицейских «априори считаются правомерными». Зубов добавил, что если полицейский поступил неправильно или превысил полномочия, то его действия должны доказываться позже «в судебном или ином порядке».

По его словам, если сотрудники правоохранительных органов предъявляют свои законные требования, то «любой гражданин обязан их исполнить». «Это должно быть в крови каждого человека», — подчеркнул Зубов.

Самое простое здесь — про «кровь каждого человека». Возможно, текущие дела заставляют забыть школьные уроки биологии. Посему придется напомнить — в крови каждого человека есть лейкоциты, есть эритроциты, есть плазма… Там много чего на самом деле есть. Но вот каких-то идей или требований заместителей министров внутренних дел там точно нет. Медицинский факт.
Читать далее Егор СЕДОВ: Презумпция недоверия

Сергей КОВАЛЕВ: Пусть Путин покается и пострижется в монахи

Известный советский диссидент и правозащитник Сергей Ковалев обратился с открытым письмом к Председателю общественной организации «Комитет по предотвращению пыток» Игорю Каляпину. Поводом для письма стала различная оценка деятельности Совета по правам человека при Президенте РФ, который давно уже подвергается критике со стороны правозащитного сообщества. Одновременно Сергей Ковалев смог дать исчерпывающую и точную оценку ситуации в области прав человека в условиях существующего в России режима.

Мои претензии к Совету по правам человека (СПЧ) обоснованы чрезвычайно просто. Судите сами: СПЧ, казалось бы, обязан руководствоваться фундаментальными принципами демократии, запечатленными в Конституции РФ. И, исходя именно из этих принципов, давать свои рекомендации г-ну президенту. Но все мы отлично понимаем, что принципы эти в России грубо нарушены властью, возглавляемой президентом. Я не буду входить в подробности, назову только всем очевидные, лежащие на поверхности факты:

В России нет выборов со свободной, равноправной конкуренцией кандидатов; такие выборы грубо или чуть более искусно имитируются. В парламенте господствует партия власти и скромно присутствуют отобранные властью фракции псевдооппонентов.

В России вот уже сто лет снова нет суда. Он и существовал-то, постепенно совершенствуясь, чуть более полувека. То обстоятельство, что заметный процент дел о кражах и поножовщине разрешается удовлетворительно, никак не противоречит моему утверждению. Как только даже невысокому начальству померещится в деле политический привкус, «независимость» суда тает как дым. И эта независимость — тоже имитация, весьма топорная. Независимость существует лишь в словах президента «не могу же я вмешиваться в судебные решения». Ой, может! И вмешивается.
Читать далее Сергей КОВАЛЕВ: Пусть Путин покается и пострижется в монахи

Александр ПОДРАБИНЕК: Откровенные времена

Времена настали откровенные. Не то чтобы власть совсем перестала лгать, но она перестала своего вранья стесняться. И разоблачений тоже. Раньше на упреки в коррупции бурно возражала, теперь безлично отмалчивается. Показали Дмитрия Медведева, далеко не самого крутого коррупционера, с неприглядной стороны, а с власти как с гуся вода. Молчание. Тишина. «Мели, Емеля!»

Прежде, услышав обвинения в уголовщине, власть оправдывалась (типа «нам и самим это невыгодно»), ныне глумливо усмехается. Алексей Навальный прямо обвинил администрацию президента в организации нападения на него – власть отмалчивается, и понимай это как хочешь. То есть именно так и понимай – да, мы это не опровергаем, вы правильно догадались, так будет и впредь.

Нормой политического поведения становятся самодовольство и цинизм. Они кругами расходятся от президентской администрации, подавая чиновникам пример «правильного» отношения к обществу. Чиновники эти новые манеры с легкостью усваивают. Басманный суд Москвы не вынес решения по жалобе Зои Световой на нарушения при производстве обыска. Дело даже не в том, были обоснованы доводы Световой или нет, – суд просто отказался принять жалобу к рассмотрению. Судебная справедливость? Это не для вас! Забудьте.

Прокурор на процессе по делу Руслана Соколовского, ловившего покемонов в православной церкви, обвинила подсудимого в том, что он не уважает государство. «Выражение неуважения к государству недопустимо», – заявила прокурор Екатерина Калинина. Кроме того, она обвинила Соколовского в «антиконституционных настроениях» и «высмеивании президента России». Какое все это имеет отношение к закону? Закон не запрещает не уважать государство и иметь антиконституционные настроения, а уж высмеивать президента России — и подавно. Зачем же юрист на суде обвиняет подсудимого в том, что не укладывается в рамки закона? А чтобы все уяснили себе, что закон здесь ни при чем. Судят за настроение и неуважение. Все предельно доходчиво и откровенно.
Читать далее Александр ПОДРАБИНЕК: Откровенные времена

Зоя СВЕТОВА: Возмущение чувств

Руслан Соколовский в суде

11 мая Верх-Исетский районный суд Екатеринбурга вынесет приговор в отношении 22-летнего видеоблогера Руслана Соколовского. Государственный обвинитель уже попросила для него три с половиной года тюремного заключения. Кажется, впервые в России обвиняемого могут посадить за «оскорбление религиозных чувств верующих». Новая редакция статьи 148 Уголовного кодекса РФ принята Государственной думой после «дела Pussy Riot» и, по мнению экспертов, является чисто конъюнктурным решением.

Судебная практика по этой статье невелика, как правило, обвиняемые отделывались штрафами, обязательными работами или дело закрывали по истечению срока давности. Поэтому-то срок, запрошенный лучшим гособвинителем Свердловской области Екатериной Калининой, вызвал шок у многих.

Уголовное дело против молодого уральского блогера, который называет себя атеистом и либертарианцем, началось после того, как он выложил в интернете видеозапись, на которой видно, как в пустом православном храме Соколовский ловит на смартфон покемонов. Ну ловит и ловит. Верующим он не мешает: в храме в этот момент почти никого нет. Все бы ничего, но, записывая этот ролик дома, Соколовский наложил на видеоряд церковное песнопение, заменив слова молитвы нецензурными выражениями. Представители Екатеринбургской епархии написали заявление в следственные органы, блогера взяли под арест, какое-то время он провел в следственном изоляторе, потом – под домашним арестом. На суде Соколовскому вменили 9 эпизодов по экстремизму и семь эпизодов по 148-й статье. Все эпизоды касаются содержания его видеороликов.

Каюсь, посмотрела и я тот самый ролик про ловлю покемонов в церкви. Оскорбил ли он мои чувства верующей православной христианки? Каюсь: нет, не оскорбил. Не понравился. Но не более того. Но это ни в коей мере не значит, что за подобные «художества» следует сажать видеоблогера в колонию. Ни в коем случае!
Читать далее Зоя СВЕТОВА: Возмущение чувств

Илья МИЛЬШТЕЙН: Гопота развлекается

Язык меняется, и это касается не только образования новых слов, но и семантики старых. Раньше зеленка была просто зеленкой – антисептическим средством против ран, царапин и прочего бо-бо. Однако с началом чеченской войны аптечное ее значение едва не выпало из словаря, поскольку в «зеленку» обратились лесные массивы Ичкерии, в которых укрывались сепаратисты. Теперь зеленка снова стала зеленкой, но утратила свой первоначальный лечебный смысл.

С недавних пор данный медикамент активно используется в дискуссиях, которые хочется назвать политическими, но что-то это сделать мешает. Язык, что ли, сопротивляется – живой, великорусский. Следует лишь отметить однообразие тех сюжетов, которые язык не повернется назвать политическими, так что приходится подыскивать иные слова. Зеленка отныне – орудие боевиков-патриотов, привластных нанятых неравнодушных граждан, которые поливают этим раствором самых разных людей, которые в той или иной степени принадлежат к оппозиции.

Журналистку Костюченко в Беслане. Активисток Pussy Riot Алехину и Толоконникову в Нижнем Новгороде. Политика Митрохина в Анапе. Правозащитника Каляпина в Грозном. Писателя Улицкую в Москве. Политика Касьянова в Москве. Политика Навального в Барнауле и Москве. Блогера Варламова в Ставрополе. Журналистку Сидорову в Йошкар-Оле. Список обширен и постоянно пополняется. Наряду с метанием тортов и яиц обливание зеленкой становится, как бы сказать, фирменным стилем в диалоге власти с обществом, причем зеленка преобладает.

Явление это уникальное, как уникален режим, выстроенный в России.
Читать далее Илья МИЛЬШТЕЙН: Гопота развлекается

Дарья КОСТРОМИНА: Гидра экстремизма

Следственный комитет, как похвастался его глава Александр Бастрыкин, за прошлый год наловил 882 экстремистов и 283 террористов, что немало. И тут же Бастрыкин говорит: «Кроме того, укрепляется разветвленная сеть центров финансирования, подготовки, информационной и пропагандистской поддержки экстремистов и террористов».

Ерунда какая-то получается. Чем больше работают, тем хуже ситуация, крепче разветвленная сеть? Может, их всех уволить тогда? А то на месте одной срубленной головы явно вырастают две новых. Гидра экстремизма. Чем больше посадишь, тем больше останется посадить.

Посмотрим, где они берут эту бравую статистику. С данными СК перекликаются данные судебного департамента при Верховном суде, открытые и достаточно подробные. Разница в том, что СК говорит о возбужденных делах, а ВС показывает число вынесенных приговоров, но тенденции, очевидно, общие.
Читать далее Дарья КОСТРОМИНА: Гидра экстремизма